Здравствуйте
home - ground zero station
Поиск Форум

News

Stats pass
Сообщений в Тем от Пользователей
Последний пользователь:

ОБ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА НЕИСПОЛНЕНИЕ ДЕНЕЖНОГО ОБЯЗАТЕЛЬСТВА

С момента введения в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) прошло более трех лет, однако в вопросах применения ст. 395 Кодекса до сих пор нет полной ясности. Ситуацию попытались изменить высшие судебные органы, дважды дававшие разъяснения по вопросам, связанным с применением ст. 395 ГК РФ. Имеются в виду совместные постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 6/8)1 и от 8 октября 1998 г. N 13/14 "О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами" (далее - Постановление N 13/14)2. Тем не менее, несмотря на указанные разъяснения, вопросы о начислении процентов за пользование чужими денежными средствами нельзя считать окончательно решенными, тем более что и сами эти разъяснения представляются небесспорными.

Правила о процентах за пользование чужими денежными средствами в ГК РФ выглядят следующим образом. Во-первых, ст. 395 названа "Ответственность за неисполнение денежного обязательства" и помещена законодателем в гл. 25 ГК РФ, посвященную ответственности за неисполнение обязательств. Во-вторых, ответственность эта заключается в необходимости уплатить проценты на сумму денежных средств, причитающихся кредитору и находящихся у должника. В-третьих, величина этих процентов определяется существующей в месте жительства (месте нахождения) кредитора "учетной ставкой банковского процента на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части". В-четвертых, размер процентов может быть изменен соглашением сторон или законом. Кроме того, суду предоставлено право удовлетворить требования кредитора исходя из ставки процента на день предъявления иска или вынесения решения. В-пятых, непосредственным основанием для уплаты процентов является "пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательно получения или сбережения за счет другого лица". В-шестых, уплата процентов не лишает кредитора права требовать возмещения понесенных убытков сверх суммы уплаченных процентов. В-седьмых, проценты взимаются по день уплаты суммы основных (чужих) средств кредитору, если более короткий срок не установлен законами, иными правовыми актами или договором. В-восьмых, в соответствии с п. 3 ст. 406 должник не обязан платить проценты за время просрочки кредитора.

Таким образом, сам Кодекс однозначно определяет проценты за пользование чужими средствами как разновидность гражданско-правовой ответственности. Несмотря на это споры о природе названных процентов продолжаются до сих пор. Согласно одной точке зрения, они представляют собой, в соответствии с буквальным указанием Кодекса, разновидность гражданско-правовой ответственности - некий абстрактный размер упущенной выгоды3. В соответствии с другой - проценты, начисляемые за пользование чужими денежными средствами, ответственностью не являются и представляют собой специфическое правовое явление4.

Предложение рассматривать проценты за пользование чужими средствами как законодательно установленный размер упущенной выгоды, на первый взгляд, имеет разумную основу. Косвенно это признают и высшие судебные инстанции - в п.7 Постановления 13/14 содержится упоминание о том, что проценты имеют компенсационную природу. Действительно, с точки зрения экономического эффекта, проценты, уплачиваемые на сумму чужих денежных средств, для кредитора наиболее близки именно к упущенной выгоде. Но на этом сходство заканчивается.

При определении упущенной выгоды в соответствии с п. 4 ст. 393 ГК РФ принимаются во внимание предпринятые для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления. Частью 2 п. 2 ст. 15 ГК РФ установлено, что кредитор вправе требовать возмещения упущенной выгоды в размере не меньшем, чем полученные должником вследствие неисполнения обязательства доходы. То есть в вопросе об упущенной выгоде законодатель исходит из величины того дохода, реальные предпосылки для получения которого имелись у кредитора, или же того, который был в действительности получен должником. В основу рассматриваемой ст. 395 заложен иной принцип. Законодатель определяет размер подлежащих уплате процентов (оставляя сторонам возможность его изменить). При этом величина подлежащих выплате сумм не ставится в зависимость от величины не полученного дохода и от факта такого неполучения. По прямому указанию ст. 395 ГК РФ проценты уплачиваются за пользование этими средствами должником, но их размер вовсе не связан с величиной полученного вследствие этого дохода.

Причина такого подхода кроется, очевидно, в природе предмета обязательства. Поскольку деньги являются всеобщим эквивалентом, невозможно доказать, что упущенная выгода или полученный доход связаны именно с данной суммой денежных средств (или данным количеством денежных знаков).

Дополнительным обстоятельством, препятствующим признанию процентов за пользование чужими средствами мерой ответственности, является то, что они уплачиваются не за сам факт правонарушения, а за факт пользования средствами вследствие такого правонарушения. В литературе высказывалось мнение о необходимости законодательного закрепления возможности для должника опровергать презумпцию пользования чужими средствами, что соответственно должно освобождать его от необходимости платить проценты на эти средства5. Представляется, что должник и сейчас не лишен этой возможности, что подтверждает и арбитражная практика6.

Уплата законных процентов за пользование чужими средствами не является компенсацией для кредитора, поскольку обеспечивает последнему вполне определенный доход с принадлежащих ему денежных средств. В этом смысле показательным представляется приведенный М.Г. Розенбергом пример того, как рассматривался вопрос об указанных процентах классиками цивилистики7, точнее, тот понятийный ряд, который при этом использовался. Ряд этот составлялся из таких понятий, как “рента”, “дивиденд”, “амортизационные взносы”. Данный поход к квалификации процентов за пользование чужими средствами представляется наиболее оправданным. Он основан на том, что капитал в любом случае должен приносить доход, т.е. на свойственном гражданскому праву начале возмездности. Небезынтересной представляется и точка зрения польского цивилиста В. Варкалло, который, упоминая проценты за просрочку исполнения денежного обязательства среди мер ответственности, тем не менее не признавал их компенсационного характера, а, используя его терминологию, рассматривал их как исключение из сферы действия принципа реституции, характерного для гражданско-правовой ответственности8.

Представляется, что аналогичным образом складывается ситуация и для должника. Если исходить из того, что в нормальной ситуации пользование чужими средствами в абсолютном большинстве случаев осуществляется на возмездной основе, то уплата процентов на них является нормально необходимыми расходами кредитора.

С учетом изложенного наиболее обоснованной представляется позиция М.Г. Розенберга, предлагающего рассматривать проценты за пользование чужими денежными средствами как самостоятельную юридическую категорию. Таким образом, говоря о законных процентах, следует иметь в виду, что речь идет о плате за пользование чужими денежными средствами, исчисляемой в форме процентов годовых.

Вместе с тем, вряд ли возможно говорить о существовании в гражданском праве единой категории, которая объединяет и законные проценты, и проценты, подлежащие уплате за пользование заемными средствами. Помимо того, что указание на проценты годовые подразумевает способ исчисления подлежащей уплате суммы9, ничего общего между ними нет. В случае с законными процентами речь идет об установленной законом обязанности уплатить проценты на чужие средства, поскольку само их использование основано на факте совершения противоправного деяния, и никаких иных оснований для получения дохода на эти средства нет. В случае же с уплатой процентов за пользование средствами, полученными по договору займа, кредитному договору либо в качестве коммерческого кредита, обязанность платить проценты на них является элементом соответствующего основного обязательства и основана на правомерных действиях. Поэтому представляется совершенно справедливым указание о различной правовой природе таких процентов, содержащееся в п. 4 Постановления N 13/14.

Одной из основных проблем применения ст. 395 ГК РФ стал вопрос о возможности взыскания с неисправного должника по денежному обязательству одновременно и процентов по правилам указанной статьи, и установленной договором или законом неустойки. Данный вопрос не сразу нашел однозначное решение в арбитражной практике. Первоначально, после введения в действие части первой ГК РФ, практика допускала одновременное взыскание неустойки и процентов, на что уже обращалось внимание в литературе10. Затем позиция изменилась на обратную, что нашло закрепление в многочисленных постановлениях Президиума Высшего Арбитражного суда РФ11. Данный подход мотивируется тем, что применение двух мер ответственности за одно и то же нарушение противоречит смыслу гражданского законодательства12. Значит, необходимо решить, что должно быть взыскано в данном случае - проценты или неустойка.

В соответствии с абз.2 п. 6 Постановления N 13/14 в случаях, когда законом или договором установлена обязанность должника уплачивать неустойку при просрочке исполнения денежного обязательства, суду следует исходить из того, что кредитор вправе предъявить требование о применении одной из этих мер, не доказывая факта и размера убытков, понесенных им при неисполнении денежного обязательства, если иное прямо не предусмотрено законом или договором. Поскольку в соответствии с прямым указанием п. 1 ст. 330 ГК РФ по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков, а в отношении требования об уплате процентов за пользование чужими денежными средствами аналогичный вывод вытекает из содержания ст. 395 ГК РФ, следовательно, оговорка "если иное не установлено законом или договором" относится к возможности одновременного взыскания с должника и процентов за пользование чужими денежными средствами, и установленной законом или договором неустойки. Таким образом, кредитор вправе требовать одновременного взыскания с должника и процентов, и неустойки, если такая возможность предусмотрена законом или договором. В противном случае могут быть взысканы либо проценты, либо неустойка по выбору кредитора.

Думается, что нет никаких серьезных обоснований неправомерности одновременного взыскания с неисправного должника неустойки и процентов за пользование чужими средствами. Как отмечалось, суды в этом случае ссылаются на невозможность применения двух мер ответственности за одно и то же нарушение. По мнению автора, это не так, поскольку, повторяем, проценты не являются, по существу, разновидностью гражданско-правовой ответственности. Но даже если учесть, что по формальным соображениям у судебных органов нет оснований разделять такую точку зрения (в силу прямого указания ГК РФ), то все-таки одновременное взыскание неустойки и процентов вряд ли можно рассматривать как двойную ответственность за одно нарушение, так как неустойка уплачивается за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательств, а проценты - за пользование чужими средствами, явившееся следствием таких действий.

Некоторая нерешительность судебных органов в данном вопросе вызвана, видимо, опасениями, что взыскание с должника и процентов и неустойки может привести к неосновательному обогащению кредитора. Думается, что вероятность такого развития событий невелика, поскольку суд имеет возможность в порядке ст. 333 ГК РФ уменьшить размер подлежащей уплате неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Очевидно, что при оценке таких последствий должны быть приняты во внимание и подлежащие уплате проценты за пользование чужими денежными средствами.

В этой связи абсолютно непонятен вывод, сделанный Верховным Судом РФ и Высшим Арбитражным Судом РФ о возможности уменьшения судом размера процентов за пользование чужими средствами в порядке ст. 333 ГК РФ (п. 7 Постановления N 13/14). Такое толкование ст. 395 представляется чрезмерно расширительным и явно противоречит не только ее содержанию, но и буквальным положениям, поскольку предусматривает возможность изменения судом ставки для начисления процентов по основаниям, не предусмотренным ст. 395. Прямого применения правил ст.333 в данном случае быть не может, поскольку они относятся только к неустойке, а высшие судебные органы не квалифицировали проценты как неустойку. Применять же правила этой статьи по аналогии представляется неоправданным, поскольку, во-первых, само по себе правило ст. 333 представляет серьезное ограничение свободы договора и распространение его на иные нормы в этой связи неоправданно. Во-вторых, вывод о компенсационной природе процентов за пользование чужими средствами вряд ли может служить достаточным основанием для распространения на них правил о неустойке, которая вряд ли может рассматриваться как наиболее типичный пример компенсационных выплат. В-третьих, как уже говорилось, компенсационная природа процентам за пользование чужими средствами не свойственна.

Проблемы, связанные с определением ставки, по которой начисляются проценты за пользование чужими средствами, неоднократно рассматривались специалистами. Формулировка учетной ставки в работе В.А.Белова13 представляется не вполне удачной как с экономической, так и с правовой с точки зрения. С учетом банковской практики Постановление N 6/8 рекомендует при применении ст. 395 исходить из ставки рефинансирования. Этот подход представляется небесспорным. Ставка рефинансирования представляет собой не только проценты, под которые Центральный банк РФ кредитует коммерческие банки, но и один из инструментов регулирования в кредитно-финансовой сфере, поскольку целью кредитования ЦБР коммерческих банков является все-таки не извлечение прибыли (во всяком случае, не в первую очередь). Далее, ставка, по которой коммерческие банки выплачивают проценты на вклады граждан и организаций или по которой предоставляют им кредиты, хотя и формируется под влиянием ставки рефинансирования, но ей не равна. Причина возможных неблагоприятных последствий использования ставки рефинансирования для определения размера процентов за пользование чужими денежными средствами состоит, в частности, в том, что изменение ставки определяется прежде всего задачами, стоящими перед Центральным Банком РФ в области регулирования кредитно-финансовой сферы. Следовательно, доходы кредитора могут оказаться либо заниженными, либо завышенными по сравнению с тем, как обстоит дело с кредитованием населения и организаций коммерческими банками. Поэтому использование ставки рефинансирования в качестве ориентира при определении абстрактного дохода на денежные средства представляется не вполне оправданным. Кроме того, подобный подход противоречит буквальному смыслу ст. 395, в которой речь идет о ставке банковского процента в месте жительства (нахождения кредитора). Вряд ли будет правильно в таком контексте рассматривать в качестве места жительства всю Российскую Федерацию.

Отчасти данная проблема решена Верховным Судом РФ и Высшим Арбитражным Судом РФ. Они рекомендовали судам при использовании предусмотренной ГК РФ возможности выбора ставок останавливаться на той, которая ближе по своему значению к ставкам, существовавшим в течение периода пользования денежными средствами, т.е. закрепили возможность применять величину, напоминающую среднюю ставку за указанный период.

На вопрос о периоде, за который начисляются проценты, закон отвечает вполне однозначно. Некоторые сомнения в отношении того, что следует понимать под указанным в ст. 395 ГК РФ днем исполнения обязательства - день, когда оно должно было быть исполнено, либо день фактического исполнения - окончательно устранены в пользу последнего. Это нашло закрепление в п. 51 Постановления N 6/8 и п. 3 Постановления N 13/14.

Неожиданно в связи с периодом начисления процентов возникли вопросы, они связаны с Постановлением N 6/8. Данное Постановление разъясняет, что суды вправе удовлетворять требования о взыскании процентов за будущий период пользования чужими средствами (п. 51). В случае, когда основное обязательство на момент рассмотрения спора еще не исполнено, суд может удовлетворить требования кредитора, указав в решении, что проценты взыскиваются по день фактического исполнения основного обязательства. При этом в решении должны быть указаны: сумма, на которую начисляются проценты, ставка, по которой они начисляются, и момент, с которого начинается начисление. Данный порядок вызывает возражения по следующим соображениям. Из смысла ст. 395 с очевидностью вытекает, что размер процентов напрямую связан с величиной средств, находящихся в пользовании кредитора. Если, например, имело место частичное исполнение, то проценты должны начисляться только на сумму, остающуюся в распоряжении кредитора. В ситуации, когда требования кредитора будут удовлетворяться на основании исполнительного документа, весьма вероятно, что основное обязательство будет погашаться постепенно. При этом неизбежно ущемление интересов либо кредитора, либо должника.

Кредитор проигрывает, когда исполнение производится одновременно в отношении и твердой суммы, и суммы относительно определенной. Прибегнув к списанию средств на основании исполнительного документа, кредитор окажется перед необходимостью в некоторый момент зафиксировать суммы подлежащих уплате процентов. Эта проблема в какой-то степени разрешается путем выдачи различных исполнительных документов в отношении фиксированной суммы и суммы относительно определенной. В этом случае в выигрышном положении окажется кредитор-взыскатель. Он имеет возможность погасить сначала основной долг, а затем, определив момент фактического окончания исполнения данного обязательства, - долг в сумме относительно определенной. И если исполнение по основному обязательству осуществляется по частям, то кредитор очевидным образом получает излишние средства, причем на вполне законных основаниях. Возможность внести изменение в содержание исполнительного документа не предусмотрена.

В данной статье была рассмотрена лишь небольшая часть вопросов, связанных с уплатой процентов за пользование чужими денежными средствами. Отметим, что из числа обозначенных в статье проблем как минимум две - об окончательной квалификации процентов за пользование чужими средствами и изменении правил об "учетной" ставке, по которой они исчисляются, - могут быть окончательно сняты только после внесения изменений в Гражданский кодекс. Прочие же вполне могут быть решены арбитражной практикой, в частности, путем издания соответствующих разъяснений высших судебных органов.
 

1 Бюллетень Верховного Суда РФ. 1996. N 9; Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 1996. N 9.

2 К моменту написания настоящей статьи не опубликовано.

3 Белов В.А. Применение норм статьи 395 Гражданского кодекса РФ // Финансовый бизнес. 1997. N 6.

4 Розенберг М.Г. Ответственность за неисполнение денежного обязательства. М. 1995; Он же. Правовая природа процентов годовых по денежным обязательствам // Гражданский кодекс России. Проблемы. Теория. Практика: Сборник памяти С.А. Хохлова. М., 1998.

5 Белов В.А. Указ. соч. С. 61.

6 См.: постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 10 июня 1997 г. N 832/97 и от 5 августа 1997г. N 2468/97 // Вестник Высшего Арбитражного суда РФ. 1997. N 10. С. 45; N 12. С. 40.

7 Розенберг М.Г. Указ. соч. С. 313.

8 Варкалло В. Ответственность по гражданскому праву / Пер. с польского. М., 1986. С. 96-97.

9 В этом смысле автор разделяет мнение Л.А. Новоселовой, поддержанное В.А. Беловым (см.: Белов В.А. Указ. соч. С.58).

10 См.: Розенберг М.Г. Указ. соч. С. 319.

11 См.: постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 1997 г. N 54/97; от 8 июля 1997 г. N 1387/97; от 24 июня 1997 г. N 1605/97; от 15 июля 1997 г. N 2150/97 // Вестник Высшего Арбитражного суда РФ. 1997. N 8. С. 41; N 10. С. 52, 53; N 11. С.56. Можно привести еще много примеров, поскольку практически в каждом последующем номере указанного журнала (до конца 1998 г.) приводятся аналогичные решения.

12 Постановление Президиума Высшего Арбитражного суда РФ от 2 июня 1998 г. N 6280/97 // Там же. 1998. N 8. С. 45. Аналогичными соображениями руководствовался Президиум ВАС РФ и в остальных опубликованных постановлениях.

13 См.: Белов В.А. Указ. соч. С. 56-57.