3. Прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав и охраняемых законом интересов других лиц, граждан или государства

 

(Извлечение)

 

 

Прокурор Республики Башкортостан обратился в суд с заявлением в порядке ст. 41 ГПК РСФСР в интересах акционерной компании "Белорецкий металлургический комбинат" о взыскании в ее пользу 2736450226 руб. В заявлении прокурор ссылался на то, что акционерная компания создана в процессе приватизации государственного имущества арендного предприятия "Белорецкий металлургический комбинат" и является его правопреемником. Доля государства в имуществе акционерной компании составляет 62,2%.

По договору комиссии от 5 февраля 1993 г., заключенному между комбинатом и ВО "Промсырьеимпорт" (Москва), комбинат поручил последнему заключить от его, комбината, имени договоры с иностранной фирмой на поставку на экспорт продукции комбината (катанки). ВО "Промсырьеимпорт" выдало комбинату заказ на поставку продукции черной металлургии. На основании заказа комбинат отгрузил 150 вагонов катанки и порт Раджин КНДР.

Груз был задержан на станции Хасан. Телеграммами от 31 мая 1993 г. комбинат был извещен о задержке груза ввиду ненадлежащего оформления документов Уфимской таможней.

До истечения 10 дней со дня извещения по приказу заместителя начальника Дальневосточной железной дороги от 1 июня 1993 г. со ссылкой на распоряжение Совета Министров РСФСР от 22 мая 1990 г. груз был переадресован на станцию Красная Речка для передачи консорциуму "Дальконверсия", при этом 38 вагонов поданы концерну под разгрузку, остальные переданы на ответственное хранение. Переадресованный груз концерном был реализован на внутреннем рынке, однако деньги комбинату консорциумом не выплачены. В результате комбинату причинен крупный ущерб.

Как указано в заявлении прокурора, столь крупный ущерб повлек неплатежеспособность комбината, спад производства, сокращение работников, а также неблагоприятно отразился на социальной обстановке в г. Белорецке с учетом того, что из 85 тыс. всех проживающих в этом городе 18 тыс. являются работниками комбината.

По мнению прокурора, подорван не только авторитет комбината перед кредиторами, в том числе и иностранными, но и Республики Башкортостан.

Исходя из государственных и общественных интересов прокурор счел необходимым предъявить в суд требования в защиту прав комбината.

По данному делу прокурором заявлено требование о возмещении убытков, исходя из стоимости груза, отправленного по 38 международным накладным в адрес получателя ВО "Промсырьеимпорт" с доставкой в порт Раджин (КНДР), переданные под разгрузку консорциуму "Дальконверсия", а также о взыскании сумм штрафных санкций к консорциуму "Дальконверсия", Управлениям Куйбышевской и Дальневосточной железных дорог, Хасанской и Уфимской таможне и ВО "Промсырьеимпорт". Претензии к ним до предъявления иска были комбинатом заявлены, но не удовлетворены.

Прокурор просил взыскать с надлежащего ответчика ущерб в сумме 1954236900 руб. и штраф за незаконное пользование денежными средствами в размере ставки банковского кредита, всего на день предъявления иска 2736450226 руб.

Решением Центрального районного народного суда г. Хабаровска с консорциума "Дальконверсия" и Управления Дальневосточной железной дороги взысканы солидарно в пользу АК "Белорецкий металлургический комбинат" стоимость груза исходя из курса американского доллара на день вынесения решения 1954236900 руб. и штраф за незаконное пользование средствами комбината за 410 дней 4006185600 руб., всего 5960225500 руб.

Дополнительным решением того же суда с консорциума "Дальконверсия" и Управления Дальневосточной железной дороги также солидарно взыскано в пользу АК "Белорецкий металлургический комбинат" 977118450 руб. в качестве процентов за использование средств комбината дополнительно за 100 дней.

Президиум Хабаровского краевого суда решение суда и дополнительное решение отменил и дело направил на новое судебное рассмотрение.

Заместитель Генерального прокурора РФ, не оспаривая выводов постановления президиума об отмене решения, в протесте поставил вопрос об исключении из постановления указания о том, что требования от имени комбината в соответствии с Соглашением о международном железнодорожном грузовом сообщении (СМГС) не могли быть заявлены прокурором, иск вправе предъявить только АО "Белорецкий металлургический комбинат".

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ протест заместителя Генерального прокурора РФ оставила без удовлетворения.

Заместитель Генерального прокурора РФ внес протест в Президиум Верховного Суда РФ с просьбой отменить постановление президиума Хабаровского краевого суда в указанной выше части и определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ.

Проверив материалы дела 26 июня 1996 г., Президиум Верховного Суда РФ пришел к выводу, что в интересах законности и правильного разрешения спора следует выйти за пределы протеста в соответствии с ч. 2 ст. 327 ГПК РСФСР и отменить все вынесенные судебные постановления по следующим основаниям.

Взыскивая стоимость продукции (принадлежащей АК "Белорецкий металлургический комбинат", переданной консорциуму "Дальконверсия" и реализованной им на внутреннем рынке) с консорциума и Управления Дальневосточной железной дороги солидарно, суд исходил из того, что заместитель начальника этой железной дороги дал указание о передаче груза консорциуму на следующий день после сообщения комбинату о задержке груза, нарушив установленный распоряжением Совета Министров РСФСР от 22 мая 1990 г. 10-дневный срок, а консорциум, реализовав продукцию, в нарушение того же распоряжения не перечислил ее стоимость комбинату. За задержку перечисления денежных средств суд также солидарно взыскал с тех же ответчиков штрафные санкции, предусмотренные ст. 183 Основ гражданского законодательства.

Отменяя решение, президиум Хабаровского краевого суда правильно обратил внимание на то, что груз отправлен по международным железнодорожным накладным, в связи с чем отношения между отправителем и железной дорогой должны определяться по правилам Соглашения о международном железнодорожном грузовом сообщении (СМГС).

Вместе с тем президиум Хабаровского краевого суда неправильно указал, что в соответствии с СМГС прокурор не вправе предъявить в суд требование в защиту интересов отправителя - АК "Белорецкий металлургический комбинат".

Согласно п. 3 ст. 31 Закона Российской Федерации от 17 января 1992 г. "О Прокуратуре Российской Федерации" (в редакции до издания Федерального закона от 18 октября 1995 г. "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О Прокуратуре Российской Федерации"), прокурор имел право обратиться в суд с заявлением в защиту прав и охраняемых законом интересов других лиц или вступить в дело в любой стадии процесса, если этого требует охрана прав и законных интересов граждан, общества и государства.

При предъявлении прокурором в сентябре 1994 г. заявления в суд в защиту прав и охраняемых законом интересов других лиц были соблюдены указанные Законом требования.

И в исковом заявлении, и в сопроводительном письме прокурором названы обстоятельства, которые, по его мнению, вызывали необходимость предъявления иска в защиту интересов комбината (доля государства в имуществе комбината составляет 62,2%, причинен ему крупный ущерб, повлекший негативные социальные последствия, затрагивающие права работников комбината и общественные интересы).

Изменение редакции Закона Российской Федерации "О Прокуратуре Российской Федерации" Федеральным законом от 18 октября 1995 г. и, в частности, п. 3 ст. 31 ранее действовавшего Закона не исключает права прокурора на обращение в суд с заявлением, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства (п. 3 ст. 35 Закона).

Президиум Хабаровского краевого суда и Судебная коллегия Верховного Суда РФ считали невозможным обращение прокурора в суд по данному делу по тем мотивам, что прокурор в СМГС не назван в качестве лица, которое вправе предъявлять претензии и иски, вытекающие из договора перевозки в международном сообщении. При этом они ссылались на параграф 1 ст. 30 и параграф 1 ст. 29 СМГС, где в качестве лиц, имеющих право на предъявление претензий, основанных на договоре перевозки, указаны только отправитель или получатель груза, т. е. стороны в договоре перевозки.

Однако прокурор и не мог быть назван в СМГС в качестве лица, имеющего такое право, так как стороной в договоре перевозки он не является. Им заявлены требования в интересах отправителя, т. е. лица, имеющего право на предъявление иска.

АК "Белорецкий металлургический комбинат" как отправитель вправе был предъявить иск к перевозчику согласно параграфу 1 ст. 29 СМГС.

Право прокурора на обращение в суд с заявлением в интересах отправителя определялось не СМГС, а гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации, на территории которой заключен договор перевозки и возникли правоотношения, повлекшие причинение убытков комбинату, - ст. 41 ГПК РСФСР, п. 3 ст. 31 Закона Российской Федерации "О Прокуратуре Российской Федерации" в прежней редакции (п. 3 ст. 35 этого Закона в новой редакции). Редакция ст. 41 ГПК РСФСР не изменена.

АК "Белорецкий металлургический комбинат" заявленные прокурором требования в суде поддержал.

Хотя президиум Хабаровского краевого суда и правильно отменил решение, указав на необходимость применения правил СМГС, однако он не учел, что причинение комбинату ущерба хотя и связано с договором перевозки в международном сообщении, но груз в пути следования не утрачен, а передан консорциуму "Дальконверсия", который его реализовал, но деньги не возвратил.

Поэтому указание президиума краевого суда о том, что суду при новом рассмотрении дела по всем требованиям, в том числе и заявленным к консорциуму "Дальконверсия", следует руководствоваться только СМГС, нельзя признать правильным.

По правилам СМГС могли рассматриваться требования, предъявленные только к железной дороге.

Требования к консорциуму о возмещении ущерба проистекают не из договора перевозки, а из других оснований.

Консорциум "Дальконверсия" не отрицал, что реализовал на внутреннем рынке груз, переадресованный ему железной дорогой, не отказывался от возврата его стоимости исходя из цены, по которой он был реализован.

При таком положении довод президиума краевого суда о том, что по правилам СМГС на консорциум "Дальконверсия" не может быть возложена ответственность за причиненный истцу ущерб, является правильным, но его указание о том, что суд необоснованно привлек консорциум в качестве соответчика и обсуждал вопрос о его ответственности, нельзя признать законным. В силу ст. 28 ГПК РСФСР при объединении нескольких связанных между собой требований, из которых одни подведомственны суду, а другие - арбитражному суду, все требования подлежат рассмотрению в суде.

Неверное указание президиума краевого суда может повлиять на правильность разрешения судом требований, предъявленных к консорциуму, при новом рассмотрении дела.

Хотя президиум краевого суда в постановлении сослался на необходимость применения правил СМГС, однако не отметил допущенную судом ошибку, связанную с тем, что суд не обсуждал вопрос о соблюдении сроков исковой давности при предъявлении претензии и иска, связанных с международными перевозками.

В судебном заседании представитель Дальневосточной железной дороги заявлял о том, что предусмотренный СМГС срок давности для предъявления иска (9 месяцев) пропущен, однако суд не обсудил этот вопрос. Между тем пропуск срока исковой давности до предъявления иска является в соответствии со ст. 87 ГК РСФСР (1964 г.) основанием к отказу в иске.

Претензии и иски, вытекающие из договора перевозки по международной железнодорожной накладной, должны быть предъявлены, как указано в параграфе 1 ст. 31 СМГС, в течение 9 месяцев, исчисляемых по правилам, предусмотренным параграфом 2 и параграфом 3 той же статьи.

В деле нет данных, достаточных для вывода, соблюден ли установленный СМГС срок предъявления иска. Президиум краевого суда, направляя дело на новое рассмотрение, не дал суду указаний о необходимости проверить этот вопрос, что может привести к вынесению незаконного решения.

В постановлении президиума краевого суда правильно обращено внимание на то, что, согласно ст. 25 СМГС, железная дорога несет ответственность за утрату груза по цене, указанной в счете иностранного поставщика, без штрафных санкций, однако это указание относится только к ответственности перевозчика и не может ограничивать право поставщика на взыскание штрафных санкций с иных юридических лиц, не являющихся перевозчиками, в частности с лиц, которыми груз был получен без оснований, установленных законом или сделкой.

Отменяя решение, президиум краевого суда не обсудил правильность взыскания с железной дороги солидарно с консорциумом штрафных санкций за удержание последним денежных средств, принадлежавших комбинату, с учетом того, что железная дорога денежные средства комбината у себя не удерживала.

Президиум краевого суда оставил без внимания то обстоятельство, что в соответствии с параграфом 2 ст. 29 СМГС претензии должны быть предъявлены отправителем к железной дороге отправления (Управлению Куйбышевской железной дороги). Каждая последующая железная дорога, принимая груз вместе с накладной, вступает тем самым в договор перевозки и принимает на себя возникающие по нему обязательства и несет солидарную ответственность.

Управление Куйбышевской железной дороги судом к участию в деле не привлечено, хотя и было указано в качестве ответчика в заявлении прокурора.

Из шести названных в заявлении ответчиков судья в постановлении о принятии дела в качестве ответчиков привлек лишь двух (консорциум "Дальконверсия" и Управление Дальневосточной железной дороги) и на стадии принятия заявления, без указания мотивов, исключил всех остальных.

Нарушение народным судом правил СМГС и процессуальных норм влечет отмену решения, но учитывая, что постановление президиума краевого суда, отменившее решение, тоже незаконно и дает неправильное направление разрешению дела при новом его рассмотрении, и решение народного суда и постановление президиума подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

 

________________