О ПРАКТИКЕ ПРИМЕНЕНИЯ СУДАМИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ОБ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА БАНДИТИЗМ

 

 

Вопрос о практике рассмотрения судами дел о бандитизме в течение ряда лет не теряет своей актуальности.

Растет количество организованных вооруженных группировок. Почти обычными стали факты столкновения между ними для установления сфер влияния.

Возросла дерзость совершаемых организованными группировками преступлений. Это способствует и активизации бандитизма. Если в 1993 году за совершение бандитизма в России было осуждено всего лишь 15 человек, то в 1994 году число осужденных по ст. 77 УК РСФСР возросло до 66, а в 1995 году - до 86 человек. В первом полугодии 1996 года было осуждено 30 человек.

Так, в г. Альметьевске Республики Татарстан Хисматов из числа молодежи создал вооруженную банду под условным названием "Чекист" с целью нападений на предприятия и граждан.

Банда характеризовалась организованностью, стабильностью состава, совместным участием ее членов в разработке планов преступной деятельности, наличием общей кассы. Банда состояла из большого количества участников и делилась на бригады, возглавлявшиеся наиболее активными членами.

Банда имела значительное количество огнестрельного оружия, автоматы Калашникова АК-47 и АК-74, боевые припасы, гранаты.

Хисматов как руководитель банды распоряжался приобретением и распределением оружия среди членов банды, разрабатывал планы совершения нападений и сам принимал в них участие.

Члены банды являлись по указанию Хисматова к руководителям предприятий и в категоричной форме предлагали платить ежемесячную дань за так называемую "крышу".

Опасаясь расправы или уничтожения имущества со стороны группы "Чекист", влияние которой было известно в городе Альметьевске и ближайших к нему районах, руководители предприятий соглашались с незаконными требованиями и отдавали бандитам денежные средства и имущество.

Полученные путем нападений деньги и имущество члены банды вносили в общую кассу, средства которой расходовались на приобретение оружия и техническое оснащение банды.

Характеризуя состав лиц, осужденных за бандитизм в 1995 году, нужно отметить, что около половины из них не работали и не учились, около трети - ранее судимы: женщин - две, несовершеннолетних - один.

Меры наказания осужденным назначались, как правило, в соответствии с тяжестью содеянного; факты назначения наказания ниже низшего предела предусмотренных законом санкций единичны.

Вместе с тем Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ отменила приговоры в отношении пяти человек в 1995 году и пяти - в 1996 году в связи с необоснованной мягкостью назначенного судом наказания.

По поручению Верховного Суда Российской Федерации около 30 республиканских, краевых и областных судов, т. е. тех судов, в которых за последние три года рассматривались дела о бандитизме, обобщили практику рассмотрения таких дел. Кроме того, были запрошены все суды России относительно вопросов, возникающих в связи с введением в действие с 1 января 1997 г. нового Уголовного кодекса, в частности относительно статьи 209, предусматривающей ответственность за бандитизм.

Проанализировав собранные материалы, Пленум Верховного Суда РФ 17 января 1997 г. принял постановление "О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм", учитывающее существенные изменения закона как в самой статье 209, так и в ряде статей Общей части Уголовного кодекса. Соответственно постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 1993 г. N 9 "О судебной практике по делам о бандитизме" признано утратившим силу.

В первом абзаце п. 1 нового постановления Пленума сохранилась запись об особой общественной опасности бандитизма, так как это действительно особо опасное преступление, представляющее реальную угрозу и для граждан, и для государственных, коммерческих и других организаций.

В п. 2 дается понятие "вооруженная банда", которую следует рассматривать как организованную устойчивую группу из двух и более человек, заранее объединившихся для совершения нападений на граждан или организации.

Здесь появилась дополнительная характеристика нападения (хотя бы одного, но для совершения которого создана банда) - "требующего тщательной подготовки".

То, что эта ситуация не надуманна, можно конкретно проиллюстрировать, например, на деле, рассмотренном Иркутским областным судом в отношении Трунева и других.

По приговору установлено, что Трунева в 1995 году направляли в командировку в Чечню в составе отряда милиции особого назначения УВДГ. Воспользовавшись отсутствием контроля за расходом и хранением боеприпасов, он вывез в г. Иркутск похищенные им оборонительные и наступательные гранаты с взрывателями к ним; один унитарный выстрел к подствольному гранатомету; одну противотанковую ручную гранату; множество патронов к различным видам огнестрельного оружия. Кроме того, он вывез кинжал, относящийся к холодному оружию.

Работая в здании международного отдела аэропорта г. Иркутска, Трунев обратил внимание на слабую охрану кассы обменного валютного пункта акционерного общества закрытого типа коммерческого банка "Ангарский". Это подтолкнуло Трунева к решению завладеть имуществом банка в крупных размерах, для чего он создал устойчивую преступную группу, куда вовлек братьев Зыковых.

С октября 1995 г. все трое стали активно готовиться к нападению. Трунев разработал план с распределением ролей между участниками банды. Они обсуждали различные варианты по применению насилия к кассиру, приезжали к месту совершения преступления, пытались увеличить численность банды.

Трунев и Зыков А. из колготок черного цвета изготовили две маски, приготовили перчатки и сумку под деньги. Трунев наметил день нападения - 13 октября, но, находясь ночью на дежурстве, выяснил, что денег в кассе нет, и нападение назначил на 17 октября. В этот день около 19 час. втроем на машине Зыкова В. подъехали к зданию международного отдела. Трунев, вооруженный гранатами и кинжалом, и Зыков В. вошли в помещение, оставив Зыкова А. на улице ждать их в машине. Кассир, вышедшая из кассы за водой, увидела Трунева в маске и, испугавшись, закричала о помощи, при этом бросила в сторону Трунева ведро с водой. Зыков В. в это время выключил свет, а Трунев, не ожидавший от кассира такой реакции, растерялся и, поняв, что крик услышан многими людьми, попытался вместе с Зыковым В. скрыться. Их преследовали и в результате все были задержаны.

В обменном пункте было денежных ценностей в рублях и долларах США на общую сумму 629 997 880 рублей, завладеть которой преступники не смогли по причине, от них не зависящей.

По приговору Иркутского областного суда от 30 июля 1996 г. Трунев признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст. 77, ст. 15, ч. 3 ст. 146, ч. 1 ст. 218, ч. 2 ст. 218-1 УК РСФСР, а Зыков В. и Зыков А. - ст. 77, ст. 15, ч. 3 ст. 146 УК РСФСР.

Если до принятия нового Уголовного кодекса ст. 77 УК РСФСР была единственной нормой, предусматривавшей ответственность за создание преступной организации, то сейчас закон предусмотрел понятия не только "группа по предварительному сговору", но и "организованная устойчивая группа", а также "преступное сообщество".

По настоятельным просьбам и пожеланиям как практических работников, так и ученых в п. 3 постановления Пленума дано отграничение понятий "банда" и "иные преступные группы". Очевидно, что по градации нового УК банда как устойчивая группа подпадает под понятие устойчивой группы лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений (ч. 3 ст. 35 нового УК). Совершение преступления в составе такой группы является квалифицирующим признаком некоторых составов преступлений, предусмотренных Особенной частью УК.

В п. 3 постановления Пленума разъясняется, что банда от иных организованных групп отличается сочетанием двух обязательных признаков - вооруженностью и преступными целями - совершение нападений на граждан и организации.

В этой связи представляет интерес дело по обвинению Булыгина, Шиманова, Семенова, в составе группы занимавшихся кражами автомобилей, которые они затем возвращали владельцам за вознаграждение.

В дальнейшем, как указано в приговоре суда, они в целях самообороны от действовавшей против них преступной группировки и мести ее членам, совершившим убийство трех их приятелей, вооружились пистолетом, двумя револьверами, двумя карабинами и патронами к ним, двумя гранатами, взрывным устройством.

Хотя подсудимые были организованы в устойчивую преступную группу и имели целый арсенал оружия, Нижегородский областной суд оправдал их по обвинению в бандитизме по тем основаниям, что вооружились они в целях самообороны.

По предложению ученых в п. 4 постановления дано разъяснение понятия "устойчивость банды", включенного теперь законодателем в диспозицию состава ст. 209 УК РФ, а именно: указаны такие признаки, как "тесная взаимосвязь между членами банды, согласованность их действий".

По сравнению с прежним разъяснением постановления Пленума в новом по-иному изложен и п. 5, раскрывающий понятие "вооруженность банды", в частности появился абзац второй, где говорится, что использование участниками нападения непригодного к целевому применению оружия или его макетов не может рассматриваться в качестве признака вооруженности банды.

В абзаце 2 п. 6 уточнено понятие "нападение вооруженной банды": нападение считается состоявшимся и в тех случаях, когда имевшееся у членов банды оружие не применялось.

В связи с тем, что в диспозиции ч. 1 ст. 209 УК РФ предусматривается ответственность за руководство бандой, по предложению судов в п. 8 дано разъяснение понятия "руководство бандой".

Под руководством бандой следует понимать принятие решений, связанных как с планированием, материальным обеспечением и организацией преступной деятельности банды, так и с совершением ею конкретных нападений.

Остановимся на этом подробнее.

Термин "руководство" употребляется постоянно, и это понятие кажется ясным и очевидным.

Однако раскрыть его смысл, да еще применительно к банде, непросто. Надо отметить, прежде всего, отличие руководителя от члена преступной группы. Принимать участие в планировании преступлений, в их организации, в обеспечении функционирования банды могут в той или иной форме и степени все участники банды. Руководителя отличает то, что именно он определяет в конечном итоге, что, как и когда будет делать банда, т. е. он принимает решения.

Эти решения, определяющие всю деятельность банды, могут быть связаны как с долговременным планированием, так и с конкретными действиями банды в момент ее нападения.

Пленум в п. 9 постановления дал разъяснение о том, что понимать под действиями, совершаемыми членами банды.

Участие в банде представляет собой не только непосредственное участие в совершаемых ею нападениях, но и выполнение членами банды иных активных действий, направленных на ее финансирование, обеспечение оружием, транспортом, подыскание объектов для нападения и т. д. В этом пункте подчеркивается, что под действиями, совершаемыми членами банды, следует понимать, в частности, не "выполнение иных действий" (как было разъяснено в прежнем постановлении Пленума), а "выполнение иных активных действий".

Пункты 8-9 стали ответом на многочисленные вопросы о том, нужна ли совокупность двух частей ст. 209 УК, если лицо совершает действия, включенные в диспозиции обеих частей. Речь идет о создателях и руководителях банды, которые также участвуют в банде и в совершаемых ею нападениях.

В соответствии с ч. 2 ст. 209 УК РФ как бандитизм должно квалифицироваться участие в совершаемом нападении и таких лиц, которые, не являясь членами банды, сознают, что принимают участие в преступлении, совершаемом бандой.

Действия лиц, не состоявших членами банды и не принимавших участия в совершенных ею нападениях, но оказавших содействие банде в ее преступной деятельности, как указано в п. 10 постановления Пленума, следует квалифицировать по ст. 33 и соответствующей части ст. 209 УК РФ.

В ч. 3 ст. 209 УК РФ введено новое понятие - "совершение бандитизма с использованием своего служебного положения" и установлена ответственность за этот вид бандитизма.

Пленум разъяснил (п. 11), что под совершением бандитизма с использованием своего служебного положения следует понимать использование лицом своих властных или иных служебных полномочий, форменной одежды и атрибутики, служебных удостоверений или оружия, а равно сведений, которыми оно располагает в связи со своим служебным положением, при подготовке или совершении бандой нападения либо при финансировании ее преступной деятельности, вооружении, материальном оснащении, подборе новых членов банды.

Такие ситуации встречаются по делам о бандитизме и сейчас. Во второй половине 1993 г. на территории Республики Адыгея Бешкок и другие организовали сплоченную вооруженную банду и совершили шесть нападений на автотранспорт, граждан и организации с целью завладения чужим имуществом. В ходе одного из нападений банды Бешкок совершил убийство двух человек.

В состав этой банды был вовлечен инспектор поста ГАИ МВД Республики Адыгея Гучетль, который передавал членам банды информацию о грузах, вооружении и количестве лиц в автомашинах, проходивших мимо поста, с тем чтобы облегчить нападения.

Статья 209 УК РФ не предусматривает в качестве обязательного элемента состава бандитизма каких-либо конкретных целей осуществляемых вооруженной бандой нападений. Это может быть не только непосредственное завладение имуществом, деньгами или иными ценностями гражданина либо организации, но и убийство, изнасилование, вымогательство, уничтожение либо повреждение чужого имущества и т. д.

Поэтому судам следует иметь в виду, что ст. 209 УК РФ, устанавливающая ответственность за создание банды, руководство и участие в ней или в совершаемых ею нападениях, не предусматривает ответственность за совершение членами банды в процессе нападения преступных действий, образующих самостоятельные составы преступлений, в связи с чем в этих случаях следует руководствоваться положениями ст. 17 УК РФ, согласно которым при совокупности преступлений лицо несет ответственность за каждое преступление по соответствующей статье или части статьи УК РФ.

Отметим, что суды разделяют позицию квалификации бандитизма по совокупности с другими тяжкими преступлениями и в случаях, когда к ним поступают дела, в которых все преступления, совершенные бандой, квалифицированы как бандитизм, возвращают их на дополнительное расследование.

Так, 25 марта 1996 г. в Красноярский краевой суд в порядке ст. 217 УПК РСФСР поступило для рассмотрения уголовное дело в отношении Большакова и других (всего 11 человек), обвиняемых по ст. 77 УК РСФСР. При изучении этого дела в порядке ст.ст. 221-222 УПК РСФСР было установлено, что всем обвиняемым по делу инкриминируется то, что в результате бандитских нападений они завладели личным имуществом граждан под угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевших. Однако такие преступные действия, совершенные в процессе бандитских нападений и образующие самостоятельные составы преступлений, не получили юридической оценки органов предварительного следствия и не были дополнительно квалифицированы по соответствующим статьям или частям статей УК РСФСР. Поэтому суд возвратил дело для производства дополнительного расследования с целью квалификации действий обвиняемых помимо ст. 77 УК РСФСР и по другим статьям УК.

Пленум Верховного Суда РФ еще раз обратил внимание судов на важность неукоснительного соблюдения принципа индивидуализации ответственности при назначении наказания лицам, виновным в бандитизме.

Судам кассационной и надзорной инстанций рекомендовано усилить надзор за рассмотрением судами первой инстанции дел о бандитизме.

 

 

Заместитель Председателя

Верховного Суда Российской Федерации А.Е.МЕРКУШОВ