10. Отмена кассационной инстанцией приговора признана необоснованной, в связи с чем дело направлено на новое кассационное рассмотрение

 

(Извлечение)

 

 

Советским районным судом г. Челябинска Трикула осужден по ч. 2 ст. 108 УК РСФСР.

Он признан виновным в том, что 18 декабря 1993 г. из личных неприязненных отношений, умышленно, с целью причинения тяжких телесных повреждений нанес Берестову два удара рукой (предплечьем правой руки и кулаком) в голову. В результате этих ударов Берестову была причинена черепно-мозговая травма, повлекшая смерть потерпевшего.

Судебная коллегия по уголовным делам Челябинского областного суда в кассационном порядке приговор отменила и дело направила на новое судебное рассмотрение.

Президиум Челябинского областного суда оставил без удовлетворения протест прокурора области об отмене кассационного определения.

Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об отмене определения судебной коллегии по уголовным делам и постановления президиума Челябинского областного суда и о направлении дела на новое кассационное рассмотрение.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 24 октября 1995 г. протест удовлетворила по следующим основаниям.

Возвращая дело на новое судебное рассмотрение, кассационная и надзорная инстанции указали на нарушение требований ст. 20 УПК РСФСР, отметив при этом, что суд не установил точное место нанесения Трикулой ударов, а также количество ударов, повлекших смерть потерпевшего. По мнению этих судебных инстанций, следовало выяснить причастность иных лиц к преступлению, назначить дополнительную судебно-медицинскую экспертизу.

Однако выводы судебных инстанций в этой части не соответствуют доказательствам, проверенным и оцененным районным судом.

Заключения экспертов, проводивших первичную и комиссионную судебно-медицинские экспертизы, не противоречат фактическим обстоятельствам дела, установленным судом при исследовании доказательств.

Как видно из заключений судебно-медицинских экспертов, смерть Берестова последовала от тупой травмы головы - открытой черепно-мозговой травмы (перелом передней поверхности пирамидки левой височной кости, кровоизлияние под твердой мозговой оболочкой головного мозга, вызвавших сдавление головного мозга излившейся кровью, развитие отека головного мозга); перелом чешуи левой височной кости явился местом непосредственного приложения травмирующей силы и образовался вследствие одного удара твердым тупым предметом, которым вполне могла быть рука человека, сжатая в кулак, или согнутый под углом локоть.

Эти же выводы подтвердили судебно-медицинские эксперты, эксгумировавшие труп, а также эксперт, участвовавший в судебном заседании. Они подчеркнули, что характер переломов свидетельствует о том, что они возникли в результате однократного воздействия на левую височную кость твердого тупого предмета с ограниченной поверхностью соударения.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта в судебном заседании, перелом чешуи левой височной кости возник вследствие одного удара тупым твердым предметом.

Обнаруженные при исследовании трупа кровоизлияния в мягкие ткани шейно-затылочной области головы слева, повреждение в области левого угла рта относятся к разряду легких телесных повреждений, не повлекших кратковременного расстройства здоровья, не явились причиной смерти и не оказали влияния на ее наступление. При исследовании трупа была обнаружена также ссадина верхнего века глаза. Однако ошибка суда в определении характера указанного повреждения, на что есть ссылка в постановлении президиума областного суда, не существенна. К тому же отмеченное повреждение не явилось непосредственной причиной смерти Берестова.

Нельзя согласиться и с утверждением президиума областного суда о том, что судом не исследовался вопрос о наличии у потерпевшего следов носового кровотечения.

Согласно заключению эксперта, обнаружение в носу буроватого вещества могло свидетельствовать об имевшемся прижизненном носовом кровотечении.

Таким образом, вопросы, касающиеся места нанесения ударов, их количества, непосредственной причины смерти потерпевшего, суд исследовал с достаточной полнотой и тщательностью, а поэтому оснований для назначения дополнительной экспертизы нет.

Более того, предлагая ее провести, президиум областного суда не указал конкретно, в чем выразилась неполнота и недостаточная ясность предыдущих заключений экспертов, есть ли основания сомневаться в их правильности.

Допрошенные неоднократно в ходе предварительного и судебного следствия свидетели, очевидцы происшедшего, Устюжанин, Халиков, Князюк подтвердили, что Трикула дважды ударил Берестова в левую часть лица, после чего у потерпевшего была нарушена координация движений. Как подчеркнули очевидцы, один из ударов был настолько сильным, что Берестов упал и смог подняться только с помощью Халикова и Устюжанина.

Органами следствия и судом дана оценка действиям свидетеля Уланова, который, желая поддержать падавшего Берестова, нечаянно ударил его рукой по губе. Ни органами следствия, ни судом не установлено оснований для его привлечения к уголовной ответственности.

Ссылка кассационной и надзорной инстанций на то, что судом не исследовалась версия о причастности иных лиц к преступлению, необоснованна и опровергается доказательствами по делу, в том числе и показаниями свидетелей.

При таких обстоятельствах дело направлено на новое кассационное рассмотрение.

 

___________________