О НЕКОТОРЫХ ВОПРОСАХ ПРИМЕНЕНИЯ СЕМЕЙНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПРИ РАССМОТРЕНИИ ДЕЛ ОБ УСТАНОВЛЕНИИ ОТЦОВСТВА, ОСПАРИВАНИИ ОТЦОВСТВА (МАТЕРИНСТВА) И О ВЗЫСКАНИИ АЛИМЕНТОВ

 

Семейное законодательство в России отличалось определенной стабильностью.

Кодекс о браке и семье РСФСР, введенный в действие с 1 января 1927 г., применялся с внесенными в него изменениями до 1 октября 1968 г. Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 16 января 1970 г. он признан утратившим силу.

С 1 ноября 1969 г. был введен в действие Кодекс о браке, семье и опеке РСФСР, изданный в соответствии с основными положениями Основ законодательства о браке и семье Союза ССР и союзных республик. Кодекс 1969 года утратил силу с 1 марта 1996 г., т. е. со дня введения в действие нового Семейного кодекса Российской Федерации, за исключением ряда его норм, срок введения которых указан в разделе VIII "Заключительные положения" Семейного кодекса РФ.

Новый Кодекс сохранил преемственность норм прежнего семейного законодательства, включил в качестве закона некоторые положения, выработанные судебной практикой, в том числе разъяснения Пленумов Верховного Суда СССР и Верховного Суда РСФСР.

В Кодексе сохранились важнейшие институты бывшего семейного права, такие как: действующее с 8 июля 1944 г. положение о том, что только брак, зарегистрированный в органах загса, порождает юридические последствия; существовавшее с 1918 года правило о том, что споры о детях решаются судом; применявшиеся ранее нормы о равенстве прав супругов в их общем имуществе, нажитом в период брака.

Вместе с тем Семейный кодекс РФ ввел новые нормы, в частности главу о правах несовершеннолетних, судебный порядок установления усыновления, снял ограничение и представлении доказательств при установлении отцовства в судебном порядке, исключил исковую давность при оспаривании записи об отцовстве (материнстве).

Введение Семейного кодекса РФ вызвало необходимость дачи судам разъяснений по вопросам применения новых норм.

Как известно, по вопросам практики применения норм брачно-семейного права Пленум Верховного Суда СССР в 1969 году принял одно общее постановление, но в связи с большим количеством вопросов, нуждавшихся в разъяснении, Верховный Суд СССР разделил их на три части, по которым приняты самостоятельные постановления: в 1979 году - по практике применения норм по спорам о детях; в 1980 году - по делам о расторжении брака; 25 марта 1982 г. - по делам об установлении отцовства и взыскании алиментов.

Пленум Верховного Суда РСФСР в постановлении от 21 февраля 1973 г. также дал разъяснение по вопросам, возникшим в практике применения судами Кодекса о браке и семье РСФСР (в которое впоследствии вносились изменения). Это постановление можно отнести к числу "долгожителей"; часть его разъяснений не утратила силу и в связи с принятием Семейного кодекса РФ, но некоторые из них уже не соответствуют новому законодательству. Поэтому постановление может применяться лишь в части, не противоречащей Семейному кодексу РФ.

Заменить сразу названное постановление Пленума Верховного Суда РФ и дать разъяснения по всем институтам нового Семейного кодекса нереально.

При определении круга вопросов, подлежащих разъяснению в первую очередь, было принято во внимание, что споры о взыскании алиментов наиболее актуальны и они составляют большинство в общем числе дел, возникающих из брачно-семейных отношений. Каждое десятое из всех гражданских дел, рассматриваемых судами, - дело о взыскании алиментов. С этими спорами непосредственно связаны вопросы применения норм об установлении отцовства и оспаривании записи об отцовстве (материнстве), в правовое регулирование которых Семейным кодексом РФ внесены существенные изменения.

В связи с этим 25 октября 1996 г. Пленум Верховного Суда РФ первоначально принял постановление "О применении судами Семейного кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об установлении отцовства и о взыскании алиментов" и признал, что постановление Пленума Верховного Суда СССР от 25 марта 1982 г. N 2 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел об установлении отцовства и о взыскании алиментов на детей и других членов семьи" не подлежит применению на территории Российской Федерации, а также исключил пп. 20-30 из постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 21 февраля 1973 г. N 3 "О некоторых вопросах, возникших в практике применения судами Кодекса о браке и семье РСФСР" (с изменениями и дополнениями, внесенными постановлениями Пленума от 27 сентября 1977 г. N 4, от 24 сентября 1991 г. N 4, от 21 декабря 1993 г. N 11, от 25 апреля 1995 г. N 6), указав, что разъяснения, содержащиеся в остальных пунктах постановления, могут применяться судами постольку, поскольку они не противоречат Семейному кодексу РФ.

Постановление Пленума от 25 октября 1996 г. содержит разъяснения, изложенные в 25 пунктах.

В п. 1 перечислены имеющиеся в ст.ст. 168, 169 СК РФ положения, относящиеся к порядку введения и применения его норм по делам об установлении отцовства, оспаривании отцовства (материнства) и о взыскании алиментов.

Разъясняется, что, разрешая требования по делам этих категорий, суд должен исходить из времени возникновения правоотношений сторон и правил введения Семейного кодекса РФ в действие. При этом необходимо учитывать, что в соответствии со ст. 169 СК РФ нормы этого Кодекса применяются к семейным отношениям, возникшим после введения его в действие. К семейным отношениям, возникшим до введения Кодекса в действие, его нормы применяются только к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения Кодекса в действие.

Это разъяснение поможет судам правильно применять правовые нормы по этим делам.

Все другие разъяснения можно условно разделить на четыре категории: 1) разъяснения по вопросам, связанным с изменениями в законодательстве; 2) разъяснения, изменяющие судебную практику в связи с принятием нового законодательства; 3) по вновь введенным нормам; 4) разъяснения, которые были даны ранее, но сохранили свою актуальность (в редакции нового законодательства).

К числу разъяснений, непосредственно связанных с применением новых норм, относятся содержащиеся в пп. 2, 4, 5, 6, 23 постановления Пленума.

Сразу после введения в действие Семейного кодекса РФ возник вопрос о применении ст. 49, регулирующей установление отцовства в судебном порядке.

Эта статья не содержит указания о необходимости установления обстоятельств, перечисленных в ст. 48 ранее действовавшего КоБС РСФСР, а предусматривает возможность установления отцовства при наличии любых доказательств, подтверждающих происхождение ребенка от ответчика.

Поскольку обстоятельства, необходимые для установления отцовства в судебном порядке, указанные в ст. 49 СК РФ, существенно отличаются от тех, которые предусмотрены ст. 48 КоБС РСФСР, возник вопрос, с какого времени следует применять ст. 49 СК РФ и до какого времени применяется ст. 48 КоБС РСФСР.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ, учитывая порядок введения в действие и применения ст. 49 СК РФ, установленный п. 1 ст. 168 и п. 1 ст. 169 этого Кодекса, суд при решении вопроса о том, какой нормой следует руководствоваться при рассмотрении дел об установлении отцовства (ст. 49 Ск РФ или ст. 48 КоБС РСФСР), должен исходить из даты рождения ребенка.

Это разъяснение основано на том положении, что правоспособность гражданина возникает со дня рождения, а также на преемственности прежнего законодательства, решавшего ранее вопрос о применении ст. 48 КоБС РСФСР. До издания Указа Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 г. "Об увеличении государственной помощи беременным женщинам, многодетным и одиноким матерям, усилении охраны материнства и детства, об установлении почетного звания "Мать-героиня" и учреждении ордена "Материнская слава" и медали "Медаль материнства" установление отцовства производилось без каких-либо ограничений. После издания этого Указа мать, не состоявшая в браке с отцом ребенка, не могла обращаться в суд с иском об установлении отцовства. Установление отцовства в судебном порядке было введено с 1 октября 1968 г. Законом СССР от 27 июня 1968 г. "Об утверждении Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о браке и семье". В соответствии со ст. 2 данного Закона предусмотренное ст. 16 названных Основ правило о судебном порядке признания отцом ребенка применяется в отношении детей, родившихся после введения в действие Основ, т. е. после 1 октября 1968 г.

Аналогично этому решен вопрос о применении ст. 49 СК РФ, изменившей практику установления отцовства в судебном порядке.

К числу вызывающих споры вопросов, связанных с применением Семейного кодекса РФ, относится установление отцовства в случае смерти лица, которое, по утверждению матери, является отцом ребенка.

Прежнее законодательство решало данный вопрос только в отношении детей, родившихся до 1 октября 1968 г. Согласно ст. 3 Закона СССР об утверждении Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о браке и семье и ст. 9 Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 17 октября 1969 г. "О порядке введения в действие Кодекса о браке и семье РСФСР" в отношении ребенка, родившегося до 1 октября 1968 г., суд был вправе установить факт признания отцовства в случае смерти лица, признававшего свое отцовство, при условии, что ребенок находился на его иждивении к моменту смерти.

Этот порядок остается неизменным и в настоящее время.

Вопрос об установлении отцовства лица в случае его смерти в отношении ребенка, родившегося после 1 октября 1968 г., законодательно не был урегулирован, суды же начиная с 1 октября 1968 г. стали устанавливать факт отцовства при наличии одного из обстоятельств, предусмотренных ст. 48 КоБС РСФСР для установления отцовства в судебном порядке. Согласно ст. 50 СК РФ возможно установить факт признания отцовства в случае смерти лица, которое признавало себя отцом ребенка.

В связи с этим возникли два вопроса: 1) возможно ли сохранение прежней судебной практики установления факта отцовства, если отсутствуют доказательства признания отцовства или в силу ст. 50 СК РФ исключается в этом случае возможность установления факта отцовства; 2) с какого времени применимы правила этой статьи.

Пленум Верховного Суда РФ дал судам разъяснения по этим вопросам в пп. 2, 4, 5 постановления.

Разрешение вопроса об установлении отцовства в случае смерти лица, которое, по утверждению заявителя, являлось отцом ребенка, зависит от даты рождения ребенка: в отношении детей, родившихся до 1 октября 1968 г., устанавливается факт признания отцовства при наличии доказательств признания этим лицом своего отцовства и доказательств нахождения ребенка на его иждивении; в отношении детей, родившихся после 1 октября 1968 г. до 1 марта 1996 г., - факт отцовства при доказанности одного из обстоятельств, перечисленных в ст. 48 КоБС РСФСР; в отношении детей, родившихся 1-го и после 1 марта 1996 г., - факт признания отцовства, если лицо признавало себя отцом ребенка, или факт отцовства, если нет доказательств признания отцовства, но представлены доказательства, с достоверностью подтверждающие происхождение ребенка от ответчика (ст. 49 СК РФ).

Предъявление заявления об установлении факта признания отцовства или факта отцовства в отношении детей, родившихся 1-го и после 1 марта 1996 г., определяется по усмотрению заявителя в зависимости от того, какими доказательствами он располагает.

Представление доказательств, с достоверностью подтверждающих отцовство, тесно связано с вопросом о назначении экспертизы по поводу происхождения ребенка, в том числе экспертизы, проводимой методом "генетической дактилоскопии". Как разъяснил Пленум в п. 6 постановления, заключение эксперта, в том числе проводившего экспертизу названным методом, в силу ст. 78 ГПК РСФСР является одним из доказательств, которое должно быть оценено судом в совокупности с другими имеющимися в деле доказательствами, поскольку в соответствии с ч. 4 ст. 56 ГПК РСФСР никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

При рассмотрении дел об установлении отцовства иногда возникает ситуация, когда одна из сторон не является на экспертизу, назначенную судом. Поэтому важно разъяснение, содержащееся в абзаце 2 п. 6 постановления: исходя из ч. 3 ст. 74 ГПК РСФСР неявка стороны на экспертизу по делам об установлении отцовства, когда без этой стороны экспертизу провести невозможно, либо непредставление экспертам необходимых предметов исследования сами по себе не являются безусловным основанием для признания судом установленным или опровергнутым факта, для выяснения которого экспертиза была назначена. Этот вопрос разрешается судом в каждом конкретном случае в зависимости от того, какая сторона, по каким причинам не явилась на экспертизу или не представила экспертам необходимые предметы исследования, а также какое значение для нее имеет заключение экспертизы, исходя из имеющихся в деле доказательств в их совокупности.

По ранее действовавшему законодательству оспаривание записи об отцовстве (материнстве) было ограничено определенным сроком - годом со дня, когда лицу, записанному в качестве отца (матери) ребенка, стало или должно было стать известно о произведенной записи.

Семейный кодекс РФ какого-либо срока исковой давности для предъявления иска не содержит. Согласно ст. 208 первой части ГК РФ сроки исковой давности не распространяются на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, кроме случаев, предусмотренных законом.

Так, по делам об оспаривании отцовства (материнства) в отношении ребенка, родившегося до 1 марта 1996 г., судам следует учитывать правила ч. 5 ст. 49 КоБС РФ о сроке исковой давности для предъявления такого требования (ч. 2 п. 10 постановления).

Разрешение вопроса о сроке исковой давности зависит от даты рождения ребенка.

Пленум также дал разъяснения и по другим спорным вопросам, возникающим по делам об оспаривании записи об отцовстве (материнстве).

В ч. 2 п. 10 постановления обращено внимание судов на то, что предусмотренное п. 2 ст. 52 СК РФ правило о невозможности удовлетворения требования лица, записанного отцом ребенка на основании п. 2 ст. 51 СК РФ, об оспаривании своего отцовства, если в момент записи этому лицу было известно, что оно не является отцом, не исключает его права оспаривать произведенную запись по мотивам нарушения волеизъявления (например, если заявление об установлении отцовства было подано под влиянием угроз, насилия либо в состоянии, когда истец не был способен понимать значение своих действий или руководить ими).

Необходимость дачи такого разъяснения связана с тем, что ранее в п. 31 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 февраля 1973 г. (в редакции постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 1993 г. N 11) имелись следующие разъяснения: в случаях, когда в заявлении об оспаривании записи об отце истец указывает, что в момент подачи заявления в органы загса ему было известно, что он фактически не является отцом данного ребенка, либо ссылается на то обстоятельство, что дал согласие на искусственное оплодотворение своей жены, судье в соответствии с п. 1 ст. 129 ГПК РСФСР надлежит отказать в принятии искового заявления, поскольку закон в указанных случаях исключает возможность оспаривания отцовства. По указанным основаниям суду следует прекратить производство по делу, если перечисленные выше обстоятельства будут установлены в ходе судебного разбирательства.

Однако названное разъяснение стало противоречить ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации, гарантирующей право каждого гражданина на судебную защиту, и поэтому п. 31 постановления Пленума от 21 февраля 1973 г. был исключен постановлением Пленума Верховного Суда РФ N 6 от 25 апреля 1995 г. "О внесении изменений и дополнений в некоторые постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации". Отказать в принятии заявления нельзя, невозможность же удовлетворения требования об оспаривании записи об отцовстве лица, записанного отцом ребенка на основании совместного заявления с матерью ребенка, а также лица, давшего согласие на искусственное оплодотворение своей жены, предусмотрена п. 2 ст. 52 СК РФ. Следовательно, суд должен отказать в удовлетворении иска.

Подачу совместного заявления с матерью ребенка об установлении отцовства истец порой объясняет неправомерным воздействием на него или состоянием здоровья, при котором он не мог понимать значения своих действий и руководить ими, т. е. он оспаривает действительность волеизъявления при подаче заявления. В такой ситуации суд обязан исследовать обстоятельства, на которые истец ссылается, дать им оценку, а также проверить возможность происхождения ребенка от ответчика.

Один из самых спорных вопросов, возникающих при принятии и рассмотрении иска об установлении отцовства, - когда лицо обращается с иском об установлении отцовства в отношении ребенка, в актовой записи о рождении которого (и, следовательно, в свидетельстве о рождении) указано конкретное лицо.

Ранее Пленум Верховного Суда СССР в п. 3 постановления N 21 от 25 марта 1982 г. "О применении судами законодательства при рассмотрении дел об установлении отцовства и о взыскании алиментов на детей и других членов семьи" разъяснил, что запись об отце ребенка, внесенная в актовую запись о рождении, является доказательством происхождения ребенка от данного лица, в связи с чем при наличии такой записи суд не вправе принимать заявление об установлении отцовства другого лица.

Отказ в принятии заявления об установлении отцовства даже в случае, если в актовой записи о рождении ребенка значится конкретное лицо, ограничивает право гражданина на обращение в суд. Поэтому после принятия Конституции Российской Федерации это разъяснение не может применяться на территории Российской Федерации.

Однако положение о том, что запись об отце ребенка, произведенная в соответствии с правилами, установленными КоБС РСФСР, является доказательством происхождения ребенка от данного лица, правильно. Суд не вправе отказать в принятии заявления, но не может удовлетворить требование лица об установлении отцовства без признания недействительной записи об отце ребенка и аннулирования ее.

В связи с этим Пленум Верховного Суда РФ в п. 9 постановления от 25 октября 1996 г. разъяснил, что при предъявлении иска об установлении отцовства в отношении ребенка, отцом которого в актовой записи о рождении указано конкретное лицо, суд должен привлечь его к участию в деле. Дальнейшие действия суда в постановлении Пленума не разъяснены, но очевидно, что суд должен выяснить намерение этого лица оспорить произведенную запись, предоставить возможность оформить и подать исковое заявление об оспаривании записи об отцовстве для одновременного рассмотрения в одном производстве. Если исходя из представленных доказательств суд придет к выводу, что лицо, записанное отцом ребенка, им не является, то в случае удовлетворения требования об установлении отцовства суд должен аннулировать запись об отце ребенка в книге регистрации актов о рождении. Копию решения, вступившего в законную силу, следует направить для исполнения в орган загса по месту регистрации рождения.

Неясным был вопрос о том, в каком порядке следует исключить запись об отце ребенка из актовой записи о рождении и внести новую запись об отцовстве другого лица, если на такое исключение согласны мать ребенка, лицо, записанное в качестве отца, и фактический отец ребенка. При обсуждении проекта постановления высказано мнение о том, что в связи с отсутствием спора этот вопрос вправе решить органы загса в порядке исправления актовой записи, а в случае отказа действия должностных лиц загса могут быть обжалованы в суд в порядке, предусмотренном ГПК РСФСР. Позиция о возможности решения этого вопроса путем исправления актовой записи самим загсом ошибочна. В данном случае речь идет не об исправлении актовой записи, а об аннулировании сведений об отце ребенка, ранее внесенных в первичную запись акта о рождении, и о внесении в нее новых сведений о другом лице, фактически являющемся отцом ребенка.

Пунктом 3 ст. 47 первой части ГК РФ установлено, что аннулирование записи акта гражданского состояния производится загсом на основании решения суда. В данном случае аннулируется не вся запись акта о рождении, а только ее часть, причем тоже только по решению суда. Загс как орган, производящий регистрацию рождения и оформляющий первичную актовую запись о рождении, не вправе сам аннулировать какие-либо сведения, содержащиеся в ней.

Поэтому, как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в ч. 3 п. 9 постановления, требование об исключении записи об отце, произведенной в актовой записи о рождении ребенка в соответствии с пп. 1 и 2 ст. 51 СК РФ, и о внесении новых сведений об отце (т. е. об установлении отцовства другого лица), если между заинтересованными лицами (например, между матерью ребенка, лицом, записанным в качестве отца, и фактическим отцом ребенка) отсутствует спор по этому вопросу, подлежит разрешению в суде.

Новым в семейном законодательстве является изменение в алиментных обязательствах фактических воспитателей в отношении фактических воспитанников, а также отчима (мачехи) перед пасынками и падчерицами. Ранее алиментные обязательства этих лиц были взаимными. В соответствии с Семейным кодексом РФ на фактических воспитанников может быть при наличии указанных в законе условий возложена обязанность содержать нетрудоспособных фактических воспитателей, нуждающихся в помощи, но фактические воспитатели не несут по закону обязанности по содержанию фактических воспитанников. Аналогично пасынок и падчерица обязаны содержать нетрудоспособных отчима и мачеху, нуждающихся в помощи, при наличии определенных в законе условий, но последние по закону не обязаны содержать падчерицу и пасынка.

Поскольку имеются решения, вынесенные в период с октября 1968 г., о взыскании алиментов с фактических воспитателей на фактических воспитанников и с отчима (мачехи) на пасынка (падчерицу), Пленум разъяснил, что изменение законодательства не прекращает исполнения решений, вынесенных до 1 марта 1996 г., так как они постановлены в соответствии с ранее действовавшим законодательством и законны (ч. 2 п. 23 постановления).

Пленум дал разъяснения по вопросам взыскания алиментов и их выплаты.

Требовало разъяснения вновь введенное правило, предусмотренное п. 2 ст. 119 СК РФ, согласно которому суд вправе отказать во взыскании алиментов совершеннолетнему дееспособному лицу, если судом будет установлено, что оно совершило в отношении лица, обязанного уплачивать алименты, умышленное преступление или недостойно вело себя в семье.

Судебная практика по таким делам еще не сложилась. Между тем возникла необходимость разъяснить судам, что понимать под недостойным поведением совершеннолетнего дееспособного лица в семье и совершение каких преступлений - основание к отказу во взыскании средств на его содержание. В п. 20 постановления Пленумом даны ответы на названные вопросы.

Под преступлением, совершение которого может явиться основанием к отказу в иске, следует понимать любое умышленное преступление против жизни, здоровья, свободы, чести и достоинства, половой неприкосновенности, иных прав ответчика, а также против его собственности, что должно быть подтверждено вступившим в законную силу приговором суда.

Как недостойное поведение, которое может служить основанием к отказу во взыскании алиментов, в частности, рассматривается злоупотребление истцом спиртными напитками или наркотическими средствами, жестокое отношение к членам семьи, иное аморальное поведение в семье (бывшей семье).

При рассмотрении дел данной категории необходимо учитывать, когда было совершено умышленное преступление либо имели место факты недостойного поведения в семье, характер, тяжесть и последствия их совершения, а также дальнейшее поведение истца.

Пленум разъяснил, что обстоятельства, перечисленные в п. 2 ст. 119 СК РФ, могут также служить основанием для удовлетворения требования об освобождении от дальнейшей уплаты алиментов, взысканных судом на совершеннолетних дееспособных лиц.

Поскольку ст. 120 СК РФ изменила судебную практику по некоторым делам о прекращении выплаты алиментов, в п. 19 постановления даны соответствующие разъяснения.

Согласно ст. ст. 67, 68 КоБС РСФСР алименты взыскивались на ребенка до достижения им совершеннолетия, т. е. 18 лет. Следовательно, право на получение алиментов у несовершеннолетнего сохранялось и в том случае, если он до достижения 18 лет вступил в брак и приобрел в связи с этим полную дееспособность.

С 1 января 1995 г. в ст. 27 ГК РФ была предусмотрена возможность признания несовершеннолетнего полностью дееспособным в порядке и на условиях, названных в этой статье.

Но и в случае признания несовершеннолетнего полностью дееспособным выплата алиментов не могла быть прекращена, так как в Законе это не предусмотрено.

Таким образом, до 1 марта 1996 г. не было законных оснований для прекращения выплаты алиментов в случае приобретения несовершеннолетним полной дееспособности.

В силу п. 2 ст. 120 СК РФ выплата алиментов, взыскиваемых в судебном порядке, прекращается, в частности, по достижении ребенком совершеннолетия и в случае приобретения несовершеннолетними детьми полной дееспособности до достижения ими совершеннолетия.

Вопросы, связанные с дееспособностью, регулируются ГК РФ. Этим Кодексом предусмотрены два случая приобретения несовершеннолетним полной дееспособности - вступление в брак (п. 2 ст. 21) и эмансипация (п. 1 ст. 27).

Следовательно, как предусмотрено в п. 2 ст. 120 СК РФ, выплата алиментов прекращается как в том, так и в другом случае.

В связи с этим Пленум разъяснил, что, если несовершеннолетний, на которого по судебному приказу или решению суда взыскиваются алименты, приобрел до достижения им возраста 18 лет дееспособность в полном объеме (п. 2 ст. 21 и п. 1 ст. 27 ГК РФ), выплата алиментов прекращается.

В п. 15 постановления Пленум обратил внимание судов на то, что в соответствии с п. 2 ст. 60 СК РФ суд вправе, исходя из интересов детей, по требованию родителя, обязанного уплачивать алименты на несовершеннолетних детей, вынести решение о перечислении не более пятидесяти процентов сумм алиментов, подлежащих выплате, на счета, открытые на имя несовершеннолетних в банках. При этом Пленум разъяснил, что данное требование разрешается судом в порядке ст. 207 ГПК РСФСР. Предъявления такого требования в исковом порядке родителем, уплачивающим алименты на основании судебного приказа или решения, не требуется, ибо в данном случае имеет место не новый спор, а определяется иной порядок исполнения уже вынесенного решения.

В п. 25 постановления Пленума нашло отражение новое положение, предусмотренное п. 2 ст. 115 СК РФ, об ответственности лица, обязанного уплачивать алименты по решению суда, за несвоевременную уплату алиментов (уплата неустойки, возмещение убытков) и разъяснено, что данная ответственность наступает лишь в случае образования задолженности по вине плательщика алиментов и не может наступить, если задолженность по алиментам образовалась по вине других лиц, в частности в связи с несвоевременной выплатой заработной платы, задержкой или неправильным перечислением алиментных сумм банками и в других случаях.

 

 

Судья Верховного Суда

Российской Федерации

в отставке Т.П.ЕВДОКИМОВА

приговора новые судьи