5. В соответствии со ст. 68 УПК РСФСР суд обязан установить способ совершения преступления и его мотивы

(Извлечение)

Балтийским районным судом г. Калининграда Андрушенко А. осужден по ст. 103 УК РСФСР.

Он признан виновным в умышленном убийстве своей жены Андрушенко Е.

Как указано в приговоре, преступление совершено в г. Калининграде (областном) при следующих обстоятельствах.

В ночь на 15 октября 1995 г. супруги Андрушенко в нетрезвом состоянии возвратились в свою комнату в общежитии от родителей Андрушенко Е. Из неприязни Андрушенко А. нанес жене легкие телесные повреждения - перелом костей носа, после чего накинул на шею неустановленный предмет и задушил.

Судебная коллегия по уголовным делам Калининградского областного суда приговор оставила без изменения.

Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене приговора и определения судебной коллегии за неисследованностью существенных обстоятельств дела.

Президиум Калининградского областного суда 2 июня 1997 г. приговор и определение отменил, дело направил на новое расследование, указав следующее.

В соответствии с требованиями ст.ст. 20 и 68 УПК РСФСР суд, прокурор, следователь и лицо, производящее дознание, обязаны принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, выявить как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого, а также смягчающие и отягчающие его ответственность обстоятельства. При производстве предварительного следствия и разбирательстве уголовного дела в суде подлежат доказыванию, в частности, событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); виновность обвиняемого и мотивы преступления.

По данному же делу требования закона не были выполнены. Органы предварительного расследования и суд не установили способ совершения преступления и его мотивы. В постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, а также в приговоре не указаны причины, по которым у Андрушенко А. возникла к жене неприязнь, какими действиями, каким предметом и при каких обстоятельствах он нанес ей повреждения на лице, отнесенные к легким телесным повреждениям; каким предметом и каким способом он задушил потерпевшую.

Таким образом, Андрушенко А. предъявлено не конкретное обвинение, чем нарушено его право на защиту.

На протяжении предварительного следствия и в суде Андрушенко виновным себя ни в причинении телесных повреждений, ни в умышленном убийстве не признал. Он дал показания о том, что прожил с женой более 11 лет, очень ее любил, никогда не обижал, побоев не наносил. Он иногда выпивал. Жена знала о своей неспособности к деторождению, в связи с чем высказывала мысли о самоубийстве, предпринимала попытки повеситься на ручке двери и зарезаться. Он дважды предотвращал эти попытки. В день случившегося они были в гостях у ее родителей, где она пила спиртное. В свою комнату в общежитии они возвратились ночью. Жена легла спать. Через 20 минут лег и он, а когда через некоторое время проснулся, то заметил неестественное положение ее головы. Включив свет, он обнаружил у нее на носу фиолетовые пятна, на шее - красный след, о чем сразу сообщил подруге жены - Панковой, которая вызвала "скорую помощь", а сам стал делать жене искусственное дыхание, отчего у нее из носа пошла кровь.

Указанные объяснения осужденного органами следствия и судом не исследовались и не получили оценки.

По делу не учтены показания многочисленных свидетелей.

Обосновывая обвинение Андрушенко, суд сослался в приговоре на показания матери погибшей - Барабановой о том, что ее дочь была жизнерадостной, но в семье дочери происходили ссоры из-за пьянства мужа, который в нетрезвом состоянии становился невменяемым, поэтому (когда они жили у нее) дочь не ложилась спать, пока муж не уснет.

Однако эти показания Барабановой касаются давнего периода жизни супругов Андрушенко и, кроме того, противоречат показаниям других лиц, хорошо знавших супругов.

Как пояснил отец потерпевшей - Семенов, его дочь и Андрушенко А. жили хорошо, даже в состоянии опьянения муж никогда не обижал ее. Вечером 14 октября, уходя от них, Андрушенко А. не был сильно пьян.

Другая родственница потерпевшей - Семенова и ее близкая подруга - Панкова показали в суде, что Андрушенко Е. им говорила о хороших отношениях с мужем после переезда в общежитие, о том, что он не упрекал ее в неспособности иметь детей, но она переживала по поводу своей бездетности, заявляла о нежелании жить, готовности повеситься.

Свидетелю Тенищеву она говорила: "Лучше умереть, чем жить без детей".

Как перечисленные свидетели, так и соседи по общежитию Попова, Ильичев, Тенищева и другие подтвердили, что Андрушенко А. - тихий, спокойный человек, не дебошир; его отношение к жене было добрым, и, узнав об убийстве, они не поверили в его причастность к преступлению: в ту ночь из их комнаты никакого шума и криков не доносилось, хотя слышимость в общежитии хорошая; после случившегося обстановка в комнате нарушена не была, что объективно подтверждено и протоколом осмотра места происшествия.

Исходя из таких данных, при новом расследовании необходимо более тщательно исследовать обстоятельства дела и, если было совершено преступление, - его мотивы, дав оценку в этой части доказательствам.

В качестве доказательства вины Андрушенко А. органами следствия представлено заключение судебно-медицинского эксперта, согласно которому смерть Андрушенко Е. наступила в результате механической асфиксии от сдавления шеи петлей. Вместе с тем механизм образования странгуляционной борозды на шее потерпевшей в заключении эксперта не указан, хотя это обстоятельство имело существенное значение для установления истины по делу.

Предмета, которым была удушена потерпевшая, органами следствия в суд не представлено и не указан способ ее удушения.

Для восполнения этих пробелов в суд был приглашен судебно-медицинский эксперт, который участвовал в осмотре трупа на месте происшествия и дал впоследствии судебно-медицинское экспертное заключение.

Однако судебно-медицинская экспертиза в суде проведена с нарушением требований закона, поэтому ее выводы не могли быть признаны имеющими доказательственную силу.

Вопреки требованиям ст.ст. 288-289 УПК РСФСР участие эксперта в суде началось после допроса подсудимого, потерпевшей, четырех свидетелей и, как указано в протоколе судебного заседания, сразу с пояснений об осмотре трупа на месте происшествия и в морге, об обнаруженных у потерпевшей телесных повреждениях. Перед указанными пояснениями права эксперту, предусмотренные ст. 82 УПК РСФСР, судом разъяснены не были, вопрос об отводе эксперта участниками судебного разбирательства не обсуждался, вопросы в письменном виде ему не представлялись, письменного заключения он не давал, но отвечал устно на поставленные судом вопросы.

Заключение, данное экспертом на предварительном следствии, оглашено в суде в порядке ст. 292 УПК РСФСР, однако эксперт при этом не присутствовал и участники судебного разбирательства заключение не обсуждали.

В основу обвинения Андрушенко суд положил устные пояснения эксперта в суде о том, что в том положении, в котором находилось тело потерпевшей на диване, т. е. лицом вверх, без петли на шее и брызг крови на теле, а также при невозможности закрепить за спинку дивана веревку, исключено самоудавление потерпевшей. По этим же основаниям эксперт пришел к выводу о том, что повреждение костей носа было причинено ей в положении лежа.

С такими пояснениями эксперта суд согласился, хотя они даны без учета показаний осужденного и свидетеля Панковой о том, что первоначально потерпевшая лежала не лицом вверх, а на правом боку, крови вообще не было. Она пошла из носа и изо рта, когда они с Андрушенко стали делать искусственное дыхание, после чего она мокрым полотенцем вытерла всю кровь. Не учтено также экспертом и судом заявление матери потерпевшей о слабых кровеносных сосудах носа дочери.

Как видно из протокола осмотра места происшествия, на диване в ногах потерпевшей был обнаружен пояс от платья длиной 130 см. На экспертизу вещественных доказательств был направлен пояс длиной 149 см, изготовленный из синтетической ткани, без крови, поэтому в качестве вещественного доказательства он признан не был. Однако по ходатайству прокурора в суде к делу был приобщен пояс, размеры и качество ткани которого не описаны.

На вопрос адвоката в суде эксперт ответил, что потерпевшая могла быть удушена найденным на диване поясом.

Для всестороннего исследования вопроса о причине смерти потерпевшей необходимо провести комиссионную судебно-медицинскую экспертизу, а также следственные действия, связанные с отысканием предмета, которым была удушена потерпевшая, с определением способа ее удушения и причинения телесных повреждений.