НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

Споры, вытекающие из административно-правовых отношений

1. В практике применения норм законодательства, имеющих административно-правовую природу, могут возникнуть ситуации, при которых суду необходимо учитывать и нормы других отраслей законодательства. Это, в частности, может быть необходимо для правильной квалификации административных правонарушений.

По постановлению начальника ОВД-4 РУВД Автозаводского района г. Тольятти от 3 апреля 1997 г. Иванов подвергнут административному взысканию по ст. 146-3 КоАП РСФСР в виде штрафа в размере 2 млн. рублей с конфискацией предметов торговли за торговлю нелицензированными видеокассетами, реализация которых в г. Тольятти запрещена постановлением главы администрации города от 5 декабря 1996 г. N 4181/12.

Иванов обратился в суд с жалобой на действия должностных лиц милиции, считая, что правонарушение, предусмотренное ст. 146-3 КоАП РСФСР, он не совершал.

Автозаводский районный суд г. Тольятти жалобу Иванова оставил без удовлетворения.

В кассационном порядке решение не обжаловалось.

Президиум Самарского областного суда оставил без удовлетворения протест прокурора области.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ удовлетворила протест заместителя Генерального прокурора РФ об отмене судебных решений и направлении дела на новое рассмотрение, указав следующее.

Как видно из материалов дела, Иванов 1 апреля 1997 г. на минирынке Автозаводского района г. Тольятти торговал видеокассетами, на которых отсутствовали название и адрес студии, номера и даты выдачи лицензии на тиражирование и распространение кассет, т. е. совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 150-4 КоАП РСФСР.

Действия Иванова должностными лицами милиции были квалифицированы по ст. 146-3 КоАП РСФСР ошибочно, поскольку эта норма предусматривает административную ответственность за незаконную торговлю товарами (иными предметами), свободная реализация которых запрещена или ограничена. Контрафактные видеокассеты не являются предметами, изъятыми из оборота, какими являются, например, сильнодействующие ядовитые вещества, яды, наркотики, оружие и т. п. Незаконное распространение таких кассет в коммерческих целях - правонарушение, посягающее на авторские и смежные права. Согласно ст. 48 Закона Российской Федерации от 9 июля 1993 г. "Об авторских и смежных правах" (с изменениями и дополнениями) за нарушение авторских и смежных прав наступает гражданская, уголовная и административная ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 202 КоАП РСФСР дела об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 150-4 КоАП РСФСР, отнесены к подведомственности районных (городских) судов, а не органов внутренних дел. Таким образом, привлечение Иванова к административной ответственности по ст. 146-3 КоАП РСФСР незаконно, так как в его действиях отсутствует состав правонарушения, предусмотренного данной статьей. В связи с этим судебные постановления подлежат отмене как вынесенные с нарушением норм материального права.

По мнению прокурора, изложенному в протесте, при вынесении постановления в отношении Иванова о наложении на него административного взыскания должностное лицо органа внутренних дел превысило свою компетенцию, а в соответствии с ч. 2 ст. 273 КоАП РСФСР, если будет установлено, что постановление вынесено органом (должностным лицом), неправомочным решать данное дело, то такое постановление отменяется и дело направляется на рассмотрение компетентного органа (должностного лица).

Между тем в соответствии со ст.ст. 202, 203 КоАП РСФСР дела об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 146-3 КоАП РСФСР, подведомственны и районным (городским) судам, и органам внутренних дел, в связи с чем данный довод прокурора в протесте необоснован. Неправильная квалификация совершенного Ивановым правонарушения в соответствии с п. 1 ст. 227 и п. 3 ст. 273 КоАП РСФСР влечет за собой отмену постановления о наложении административного взыскания с прекращением производства по делу в связи с отсутствием в действиях Иванова состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 146-3 КоАП РСФСР.

Согласно ч. 1 ст. 38 КоАП РСФСР административное взыскание может быть наложено не позднее двух месяцев со дня совершения правонарушения, а при длящемся правонарушении - двух месяцев со дня его обнаружения. Истечение сроков наложения административного взыскания в силу п. 7 ст. 227 КоАП РСФСР является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении.

Правонарушение было совершено Ивановым 1 апреля 1997 г.

На момент рассмотрения дела в суде надзорной инстанции сроки привлечения его к административной ответственности за данное правонарушение истекли и поэтому производство по делу об административном правонарушении Иванова подлежит прекращению по этому основанию.

____________

1

Продолжение. Начало см. в Бюллетене N 8, 9, 10 и 11 за 1999 г.

2. Козырев обратился в Верховный Суд РФ с заявлением о признании пп. 1.9.1 и 1.9.2 Правил регистрации автомототранспортных средств и прицепов к ним в Государственной автомобильной инспекции, утвержденных приказом МВД России от 26 ноября 1996 г. N 624, не соответствующими ст. 161 ГК РФ, а также с требованием обязать МВД России внести изменения в эти пункты Правил, ссылаясь на то, что установленный в них порядок регистрации автотранспортных средств и номерных агрегатов на основании договоров, заключаемых в простой письменной форме, противоречит ст. 161 ГК РФ. По мнению заявителя, ссылавшегося на заключение специалиста-филолога, в подп. 1 и 2 п. 1 ст. 161 ГК РФ перечислены случаи, в которых необходимо нотариальное удостоверение сделок, а не соблюдение простой письменной формы сделки.

Верховный Суд РФ заявление Козырева оставил без удовлетворения, указав следующее.

Согласно п. 1 ст. 158 ГК РФ сделки совершаются устно или в письменной форме (простой или нотариальной).

Как видно из названия ст. 161 ГК РФ "Сделки, совершаемые в простой письменной форме", она регулирует порядок совершения сделок, требующих простой письменной формы, а не сделок, требующих нотариального удостоверения. Случаи, когда необходимо соблюдение нотариальной формы сделок, указаны в специальной ст. 163 ГК РФ, а не в ст. 161 ГК РФ.

В силу ст. 161 ГК РФ в простой письменной форме должны совершаться, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения:

1) сделки юридических лиц между собой и с гражданами;

2) сделки граждан между собой на сумму, превышающую не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки.

Соблюдение простой письменной формы не требуется для сделок, которые в соответствии со ст. 159 ГК РФ могут быть совершены устно.

Заключение кандидата филологических наук К. о том, что после двоеточия в п. 1 ст. 161 ГК РФ перечислены исключения, когда сделки не могут совершаться в простой письменной форме, необоснованно, потому что и подп. 1 и 2 п. 1 ст. 161 ГК РФ грамматически связаны с фразой "должны совершаться в простой письменной форме", а не с фразой "за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения". Слово "сделки" в этом бессоюзном сложном предложении - подлежащее и управляет глаголом "должны", который вместе с глаголом "совершаться" является в этом предложении сказуемым.

Таким образом, из грамматического толкования текста п. 1 ст. 161 ГК РФ следует, что в подп. 1 и 2 указаны случаи, когда сделки должны совершаться в простой письменной форме.

Помимо грамматического толкования нормы закона суд учитывал также логическое и системное толкование ст. 161 ГК РФ.

Эта статья помещена между статьями, которые устанавливают общие правила для всех сделок (ст.ст. 158-160 ГК РФ) и особые правила для сделок, требующих нотариального удостоверения и государственной регистрации (ст.ст. 163-165 ГК РФ), поэтому ее содержание не может толковаться иначе как установление правил совершения сделок именно в простой письменной, а не в устной или нотариальной форме.

Довод Козырева о том, что государственная регистрация автотранспортных средств на основании договоров, заключаемых в простой письменной форме, может привести к нарушению прав сособственников при наличии общей собственности на автотранспортные средства, поскольку при такой форме сделок не требуется подтверждения согласия других сособственников на отчуждение общей собственности, таким образом, сводится к оспариванию нормы, установленной федеральным законом. Вопрос о конституционности норм Гражданского кодекса Российской Федерации не отнесен к компетенции Верховного Суда РФ и не является предметом судебного разбирательства по делу, поскольку заявитель на это обстоятельство не ссылался, в жалобе и в данных суду объяснениях не обосновал необходимости непосредственного применения в названном деле Конституции Российской Федерации.

При таких данных требования заявителя, основанные на неверном толковании содержания ст. 161 ГК РФ, удовлетворению не подлежат.

Применение норм процессуального права

1. В силу ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантирована судебная защита его прав и свобод; решения и действия органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

Отказ в правосудии со ссылкой на ранее существовавшие ограничения возможности обжаловать в суд действия и решения, ущемляющие права граждан, неправомерен.

Прокурор Похвистневского района Самарской области обратился в суд с заявлением в интересах Куликова к администрации г. Похвистнево, ОАО "Самаранефтегаз", гр-нам Даниловым, Орловым о признании недействительным ордера на жилое помещение, выданного Данилову В., выселении их, о признании недействительным договора о передаче в собственность Даниловым квартиры в доме по ул. Матросова, о признании права на эту квартиру за Куликовым и членами его семьи.

Как указал прокурор, Куликов и Данилов В. работали в Серноводском управлении разведочного бурения (УРБ) ОАО "Самаранефтегаз". Они были внесены в списки нуждающихся в улучшении жилищных условий по Серноводскому УРБ: Куликов 4 марта 1985 г., а Данилов В. - 27 августа 1985 г. В феврале 1993 г. Куликов уволен с работы по п. 1 ст. 33 КЗоТ РФ в связи с сокращением численности штата работников. В соответствии со ст. 13 Закона Российской Федерации от 19 апреля 1991 г. "О занятости населения в Российской Федерации" Куликов не подлежал исключению из списков нуждающихся в улучшении жилищных условий в течение двух лет после увольнения, однако 6 сентября 1993 г. Серноводское УРБ распределило двухкомнатную квартиру в доме по ул. Матросова Данилову В., стоявшему в очереди на получение жилья после Куликова.

В соответствии с постановлением администрации г. Похвистнево от 8 сентября 1993 г. Данилову В. выдан ордер на упомянутую квартиру.

Дело неоднократно рассматривалось различными судебными инстанциями.

Похвистневский районный суд Самарской области иск прокурора удовлетворил полностью.

Президиум Самарского областного суда решение отменил в части признания за Куликовым и членами его семьи права на квартиру с прекращением производства по делу в этой части по п. 1 ст. 219 ГПК РСФСР, в остальном решение оставил без изменения.

Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об отмене постановления президиума областного суда в части прекращения производства по делу по требованию признания за Куликовым и членами его семьи права на спорную квартиру в связи с нарушением судом надзорной инстанции гражданско-процессуальных норм.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ постановление суда надзорной инстанции отменила, а решение районного суда оставила в силе, указав на ошибочность вывода президиума о неподведомственности суду дел о праве граждан на предоставление жилой площади в порядке очередности.

Отменяя решение суда первой инстанции, президиум областного суда считал, что суды не вправе рассматривать требования граждан, разрешение которых отнесено к компетенции иных органов, в частности требований о предоставлении жилых помещений лицам, нуждающимся в улучшении жилищных условий, разрешаемых администрацией и профсоюзным комитетом по месту работы очередника и жилищными органами местной администрации.

Но вывод суда надзорной инстанции не соответствует действующему законодательству.

Ссылаясь как на основание вывода о неподведомственности суду спора о признании за гражданами права на жилую площадь, которая должна была быть им предоставлена в порядке очередности на улучшение жилищных условий, на п. 1 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 3 апреля 1987 г. "О практике применения судами жилищного законодательства", президиум областного суда не учел разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, данных в постановлении от 22 апреля 1992 г. "О применении судами Российской Федерации постановлений Пленума Верховного Суда Союза ССР", о том, что до принятия соответствующих законодательных актов Российской Федерации нормы бывшего Союза ССР и разъяснения по их применению, содержащиеся в постановлениях Пленума Верховного Суда Союза ССР, могут применяться судами в части, не противоречащей Конституции Российской Федерации и законодательству Российской Федерации.

В соответствии со ст. 46 Конституции Российской Федерации и ст. 239-1 ГПК РСФСР гражданин вправе обратиться в суд с жалобой, если считает, что неправомерными действиями государственного органа, общественной организации или должностного лица нарушены его права или свободы.

Прекращая производство по делу, президиум областного суда неправомерно лишил Куликова права на судебную защиту его нарушенных жилищных прав и фактически оставил неразрешенным спор, который суд первой инстанции рассмотрел, правильно применив нормы материального и процессуального права.

2. Фаренбух и ее дети Пасечник и Тернопольская обратились в суд с заявлением об установлении факта утраты имущества в связи с политическими репрессиями. Они ссылались на следующие обстоятельства. До Великой Отечественной войны они проживали в Ленинграде; в июле 1941 г. эвакуированы в Саратовскую область, откуда в сентябре того же года были высланы на спецпоселение в Кустанайскую область, где проживали до 1955 года.

В 1994 году Фаренбух реабилитирована, а Пасечник и Тернопольская признаны пострадавшими от политических репрессий. По мнению заявителей, они лишились имущества, оставленного в ленинградской квартире бесхозным, в связи с политическими репрессиями, поскольку не могли своевременно вернуться в г. Ленинград.

Зеленодольский городской суд Республики Татарстан заявление удовлетворил.

Президиум Верховного суда Республики Татарстан решение суда отменил, производство по делу прекратил со ссылкой на неподведомственность суду дела об установлении факта утраты имущества в результате политических репрессий.

Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене постановления президиума в части прекращения производства по делу.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ протест удовлетворила, указав следующее.

Отменяя решение суда и прекращая производство по делу, президиум считал, что у суда не имелось оснований для рассмотрения заявления Фаренбух и других в порядке особого производства.

Между тем согласно ст. 247 ГПК РСФСР суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение или прекращение личных или имущественных прав граждан или организаций.

Упомянутой статьей предусмотрен перечень таких фактов, который не является исчерпывающим, так как в соответствии с п. 10 этой статьи суд рассматривает дела об установлении других фактов, имеющих юридическое значение, если законодательством не предусмотрен иной порядок их установления.

Как видно из дела, заявители просили установить факт утраты имущества в связи с политическими репрессиями, т. е. факт, имеющий юридическое значение, так как от него зависит возникновение у заявителей права на возмещение стоимости указанного имущества или выплату денежной компенсации в соответствии с Положением о порядке возврата гражданам незаконно конфискованного, изъятого или вышедшего иным путем из владения в связи с политическими репрессиями имущества, возмещения его стоимости или выплаты денежной компенсации, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 12 августа 1994 г. N 926. 3. Согласно п. 3 ст. 239-3 ГПК РСФСР не могут быть обжалованы в суд в соответствии с главой 24-1 ГПК РСФСР индивидуальные и нормативные акты государственных органов, общественных организаций и должностных лиц, в отношении которых законом предусмотрен иной порядок судебного обжалования. Именно такой иной судебный порядок определен для обжалования процессуальных действий, совершаемых при расследовании уголовных дел.

Прохоров обратился в суд с жалобой на действия работников межрайонного отдела криминальной милиции по экономическим преступлениям УВД г. Самары Ш. и П., ссылаясь на то, что 24 и 25 марта 1998 г. упомянутыми работниками милиции в отношении него были проведены оперативно-розыскные мероприятия: фотосъемка компьютерного проигрывателя, звуковой карты, звуковых колонок с сетевым адаптером с последующей передачей их Назарову для того, чтобы эти вещи были отданы Назаровым ему (заявителю) в качестве взятки. Выдача работниками милиции Назарову звукозаписывающей аппаратуры, затем возврат этой аппаратуры и изъятие предметов взятки были оформлены протоколами, составленными с участием понятых.

Полагая, что вышеуказанные действия не предусмотрены ст. 6 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности", содержащей исчерпывающий перечень возможных оперативно-розыскных мероприятий, носят по существу провокационный характер и произведены с использованием специальных технических средств не уполномоченным на то гражданским лицом - Назаровым, Прохоров просил признать данные действия незаконными.

По мнению заявителя, незаконные действия при осуществлении оперативно-розыскной деятельности привели к нарушению его прав и свобод: против него незаконно возбуждено уголовное дело, он незаконно был подвергнут задержанию, ему незаконно предъявлено обвинение в совершении тяжкого преступления.

Самарский областной суд производство по делу прекратил по п. 1 ст. 219 ГПК РСФСР.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ определение областного суда оставила без изменений, указав следующее.

Подведомственность гражданских дел суду, производство по которым регулируется гражданским процессуальным законодательством, определена в ст. 25 ГПК РСФСР. К подведомственности судам общей юрисдикции дела, вытекающие из правоотношений, возникающих при проведении оперативно-розыскных мероприятий, не отнесены.

В соответствии с ч. 2 ст. 11 Федерального закона от 12 августа 1995 г. "Об оперативно-розыскной деятельности" (с изменениями и дополнениями) результаты оперативно-розыскной деятельности могут служить поводом и основанием для возбуждения уголовного дела, а также использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств. Целевое использование результатов оперативно-розыскных действий в рамках уголовного судопроизводства предполагает их предоставление органу дознания, следователю или суду в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законодательством.

Как видно из материалов дела, по заявлению Назарова о вымогательстве Прохоровым взятки были проведены оперативно-розыскные мероприятия, результаты которых послужили основанием для возбуждения в отношении Прохорова уголовного дела. Результаты оперативно-розыскных мероприятий использованы в качестве доказательств по уголовному делу, переданному в Ленинский районный суд г. Самары.

Довод Прохорова о том, что нахождение обжалуемых им доказательств в материалах уголовного дела не может служить основанием для прекращения производства по гражданскому делу об обжаловании действий по сбору этих доказательств, обоснованным быть признан не может.

Согласно постановлению о возбуждении уголовного дела от 25 марта 1998 г. заместителем прокурора г. Самары уголовное дело в отношении Прохорова по ч. 2 ст. 290 УК РФ возбуждено по материалам межрайонного отдела криминальной милиции по экономическим преступлениям УВД г. Самары.

Представленные материалы были исследованы в соответствии с требованиями ст.ст. 68-71 УПК РСФСР, прокурором дана оценка имеющимся в них доказательствам, они признаны допустимыми в качестве доказательств по уголовному делу.

В силу п. 3 ст. 239-3 ГПК РСФСР не могут быть обжалованы в суд в порядке, предусмотренном главой 24-1 ГПК РСФСР, индивидуальные и нормативные акты, в отношении которых законом предусмотрен иной порядок судебного обжалования.

Под иным порядком судебного обжалования действий (бездействия) должностных лиц понимается такой порядок, который специально установлен соответствующим законодательством (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10 от 21 декабря 1993 г. "О рассмотрении судами жалоб на неправомерные действия, нарушающие права и свободы граждан" (с изменениями и дополнениями).

Обжалуемые Прохоровым документы - доказательства по уголовному делу по его обвинению в совершении преступления, и поэтому в соответствии со ст.ст. 68-71 УПК РСФСР проверка и оценка этих доказательств должны производиться судом при рассмотрении этого уголовного дела. Порядок исследования доказательств по уголовному делу, в том числе и проверка соблюдения требований закона при их собирании, а также порядок обжалования приговора, в котором дается оценка упомянутых доказательств, установлен нормами уголовно-процессуального законодательства (ст.ст. 325-331 УПК РСФСР).

При таких обстоятельствах суд правильно прекратил производство по данному гражданскому делу в связи с его неподведомственностью гражданскому суду.

4. Правильно определить подсудность дел по спорам об имуществе, в целом или в части находящемся за пределами Российской Федерации, суд не может без учета международных договоров и соглашений, заключенных Российской Федерацией.

В августе 1993 г. между Завьяловой, проживавшей в г. Ефремове Тульской области, и супругами Лейман, проживавшими в г. Никополе Днепропетровской области на Украине, совершен обмен жилыми помещениями, принадлежавшими сторонам на праве личной собственности.

Разрешение на обмен дано Завьяловой администрацией г. Ефремова. Лейман передал квартиру, находившуюся в г. Никополе, по договору купли-продажи от 14 сентября 1993 г., удостоверенному второй Никопольской государственной нотариальной конторой. Стороны переселились в полученные жилые помещения.

В марте 1994 г. Завьялова обратилась в суд с иском к супругам Лейман о признании обмена недействительным, ссылаясь на то, что полученное ею по обмену жилое помещение находится в аварийном состоянии.

Решением Ефремовского городского суда Тульской области иск Завьяловой был удовлетворен: совершенный сторонами обмен жилыми помещениями признан недействительным. Одновременно суд признал недействительным договор между Завьяловой и Лейманом о купле-продаже квартиры, а также постановление главы Ефремовской городской администрации от 29 июля 1993 г. об обмене квартир. Стороны возвращены в первоначальное положение.

Судебная коллегия по гражданским делам Тульского областного суда решение городского суда оставила без изменения.

Президиум Тульского областного суда по протесту заместителя Генерального прокурора РФ судебные решения по делу о признании недействительным договора купли-продажи квартиры в г. Никополе отменил и производство по делу в этой части прекратил по п. 1 ст. 219 ГПК РСФСР.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ по протесту первого заместителя Председателя Верховного Суда РФ отменила постановление надзорной инстанции и оставила без изменения решение Ефремовского городского суда.

Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об отмене всех судебных постановлений по делу ввиду неподсудности данного дела судам Российской Федерации.

Президиум Верховного Суда РФ оставил без удовлетворения протест прокурора, указав следующее.

В обоснование вывода о неподсудности судам Российской Федерации упомянутого дела в протесте сделана ссылка на п. 3 ст. 20 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, заключенной членами Содружества Независимых Государств, вступившей в законную силу для Российской Федерации 10 декабря 1994 г., о том, что дела по искам о праве собственности и иных вещных правах на недвижимое имущество рассматриваются исключительно судами по месту нахождения имущества.

По мнению прокурора, предметом спора являлось недвижимое имущество, расположенное на территории Украины, в связи с чем Ефремовский городской суд в соответствии с названной Конвенцией не вправе был разрешать данный спор.

Однако доводы протеста необоснованны.

По делу оспаривалась сделка по обмену жилыми помещениями. Спор касался двух объектов недвижимости, расположенных на территориях разных государств - Российской Федерации и Украины. Предъявляя требование о признании сделки недействительной в суде Российской Федерации, истица Завьялова оспаривала сделку, оформленную на территории Российской Федерации, и право ответчиков на жилую площадь, расположенную на территории Российской Федерации. Ответчики также проживали на территории Российской Федерации. При этом право собственности истицы на жилую площадь в г. Никополе никем не оспаривалось.

Таким образом, Ефремовский городской суд правильно принял к своему производству заявление Завьяловой. Рассмотрение дела названным судом нельзя считать совершенным с нарушением правил о подсудности. Упомянутый вывод согласуется и с содержанием п. 1 ст. 20 названной Конвенции о предъявлении исков к лицам, имеющим место жительства на территории одной из Договаривающихся Сторон, в суды этой Договаривающейся Стороны независимо от гражданства данных лиц.

Этому выводу не противоречит и то обстоятельство, что президиум Тульского областного суда отменил решение городского суда и прекратил производство по делу в части признания недействительным договора купли-продажи квартиры в г. Никополе по мотиву неподведомственности судам общей юрисдикции Российской Федерации требования о праве на недвижимое имущество, находящееся на территории Украины.

Право собственности истицы Завьяловой на квартиру в г. Никополе никем не оспаривалось, поэтому доводы о недействительности договора купли-продажи указанной квартиры не являлись предметом исследования по делу.

5. Решением Таллиннского городского суда от 15 января 1997 г. АО "Таллинн Эйр Карго" объявлено банкротом и назначен управляющий банкрота.

Определением того же суда от 14 января 1997 г. приняты меры по обеспечению иска кредиторов: АО "Таллинн Эйр Карго" запрещено совершать любые сделки, направленные на отчуждение или аренду, в отношении транспортного самолета ИЛ-76 ДТ, занесенного в Государственный реестр гражданских воздушных судов Российской Федерации и находящегося на аэродроме г. Жуковский под Москвой, которым пользовалось ТОО "Авиакомпания "Крыло".

Определением этого же суда от 23 декабря 1997 г. Главной инспекции по безопасности полетов гражданских воздушных судов ФАС России было предписано восстановить в Государственном реестре гражданских воздушных судов Российской Федерации статус АО "Таллинн Эйр Карго" как единственного законного собственника транспортного самолета ИЛ-76 ТД и аннулировать все остальные оформленные документы в отношении этого самолета как юридически ничтожные.

АО "Таллинн Эйр Карго" обратилось в Московский городской суд с ходатайством о разрешении принудительного исполнения упомянутых решения и определений Таллиннского городского суда на территории Российской Федерации.

Судья Московского городского суда 19 июня 1998 г. ходатайство оставил без удовлетворения.

Проверив материалы дела по частной жалобе АО "Таллинн Эйр Карго", Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ определение судьи оставила без изменений, указав следующее.

При обращении в Московский городской суд с ходатайством о разрешении принудительного исполнения на территории Российской Федерации судебных постановлений Таллиннского городского суда заявитель сослался на ст.ст. 50-54 Договора между Российской Федерацией и Эстонской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 26 января 1993 г.

Однако в соответствии со ст. 50 этого Договора Договаривающиеся Стороны признают и исполняют вступившие в законную силу решения учреждений юстиции по гражданским и семейным делам, а также приговоры в части возмещения ущерба, причиненного преступлением.

В отношении таких процессуальных документов, как судебные определения, в ст. 57 названного Договора сделана специальная оговорка: положения ст.ст. 50-56 настоящего Договора о судебных решениях применяются и к мировым соглашениям, утвержденным судом, в связи с чем является правильным вывод о том, что Договором между Российской Федерацией и Эстонской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам не предусмотрена возможность признания и исполнения на территории Российской Федерации определений компетентных судов Эстонской Республики (за исключением определений об утверждении мировых соглашений) по гражданским и семейным делам.

В соответствии с решением Таллиннского городского суда от 15 января 1997 г. АО "Таллинн Эйр Карго" объявлено банкротом: управляющим предприятия-банкрота назначен господин А.; первое общее собрание кредиторов должно было состояться 12 февраля 1997 г. Это решение не требует принудительного исполнения, в том числе на территории Российской Федерации, поскольку в его резолютивной части не указано, какие конкретно действия, в отношении какого должника и в отношении какого имущества должны быть произведены. При таких условиях у российского суда не было оснований для удовлетворения ходатайства АО "Таллинн Эйр Карго" о разрешении на территории Российской Федерации принудительного исполнения этого решения.

В силу п. 3 ст. 56 упомянутого Договора в признании судебного решения или в разрешении исполнения может быть отказано, если согласно положениям данного Договора, а в случаях, не предусмотренных этим Договором, согласно законодательству Договаривающейся Стороны, на территории которой решение должно быть признано и исполнено, дело относится к исключительной компетенции ее учреждений.

Определения Таллиннского городского суда от 14 января 1997 г. и от 23 декабря 1997 г. не могут быть исполнены на территории Российской Федерации не только потому, что они не имеют юридической силы решения, но и потому, что приняты по вопросу, отнесенному к исключительной компетенции судов Российской Федерации.

Как видно из материалов дела, обращение АО "Таллинн Эйр Карго" в Московский городской суд с ходатайством об исполнении судебных постановлений Таллиннского городского суда вызвано тем, что после объявления АО "Таллинн Эйр Карго" банкротом принадлежавший ему самолет ИЛ-76 ТД был продан ООО "Альвис", а в дальнейшем сдан в аренду ТОО "Авиакомпания "Крыло", в связи с чем для восстановления права собственности АО "Таллинн Эйр Карго" на указанный самолет необходимо признать недействительными все сделки и иные действия, в частности по регистрации самолета за новым собственником.

Между тем согласно ч. 2 ст. 38 Договора между Российской Федерацией и Эстонской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам право собственности на транспортные средства, подлежащие внесению в государственные реестры, определяется по законодательству Договаривающейся Стороны, на территории которой находится орган, осуществивший регистрацию транспортного средства, а в соответствии с ч. 3 той же статьи возникновение и прекращение права собственности или иного вещного права на имущество определяется по законодательству Договаривающейся Стороны, на территории которой имущество находилось в момент, когда имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием возникновения или прекращения такого права. Возникновение и прекращение права собственности или иного вещного права на имущество, являющееся предметом сделки, определяются по законодательству места совершения сделки, если иное не предусмотрено соглашением Сторон.

Таким образом, споры о праве собственности на самолет ИЛ-76 ТД, находящийся на территории Российской Федерации, внесенный в Государственный реестр гражданских воздушных судов Российской Федерации и в соответствии с ч. 4 ст. 33 Воздушного кодекса Российской Федерации имеющий национальную принадлежность Российской Федерации, а также дела по жалобам на действия государственных органов Российской Федерации подлежат разрешению в судах Российской Федерации в соответствии с гражданским и гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации.

6. В тех случаях, когда обжалуются действия или решения федеральных органов, граждане часто обращаются в вышестоящие суды, не принимая во внимание то обстоятельство, что перечень вопросов, отнесенных к подсудности этих судов, зафиксирован в ГПК РСФСР и в некоторых других федеральных законах (например, в ст. 60 Закона Российской Федерации от 5 марта 1992 г. N 2449-I "О краевом, областном Совете народных депутатов и краевой, областной администрации" (с изменениями и дополнениями), в ст. 63 Федерального закона от 19 сентября 1997 г. N 124-ФЗ "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации") и расширительному толкованию не подлежит.

Ростовская региональная общественная благотворительная организация по защите прав человека "Защита интернэшнл" обратилась в интересах Ломтева, проживающего в г. Ростове-на-Дону, в Московский городской суд с жалобой на действия должностных лиц Министерства иностранных дел Российской Федерации, в результате которых Ломтев против его воли был возвращен из Австрии в Российскую Федерацию.

Судья Московского городского суда определением отказал в принятии жалобы за неподсудностью дела названному суду.

В частной жалобе заявитель просил отменить определение судьи, считая, что он нарушил право вышеуказанной организации и право Ломтева, в интересах которого подана жалоба, на судебную защиту.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ частную жалобу оставила без удовлетворения по следующим основаниям.

Согласно ст. 47 Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

Жалоба на действия должностных лиц Министерства иностранных дел Российской Федерации подсудна районному суду по месту жительства Ломтева или межмуниципальному суду г. Москвы по месту нахождения Министерства иностранных дел Российской Федерации, так как в силу ст. 113 ГПК РСФСР гражданские дела, подведомственные судам, рассматриваются районными судами.

К подсудности Московского городского суда в качестве суда первой инстанции такое дело не отнесено.

Поскольку названная выше жалоба неподсудна Московскому городскому суду в качестве суда первой инстанции, судья правильно на основании приведенных законов и п. 7 ст. 129 ГПК РСФСР отказал в ее принятии, при этом в определении указал, в какой суд вправе обратиться заявитель с данной жалобой.

7. Закрепленные в Конституции Российской Федерации и в гражданском процессуальном законодательстве принципы состязательности и равенства сторон означают, что ни одному из участников процесса не могут быть предоставлены дополнительные полномочия, ставящие других участников в неравное с ним процессуальное положение.

Броун обратился в суд с иском к прокуратуре Тюменской области о назначении пенсии, сославшись на то, что в соответствии с п. 2.6 Положения о порядке назначения и выплаты пенсии прокурорам и следователям, научным и педагогическим работникам органов и учреждений Прокуратуры Российской Федерации и их семьям, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 12 августа 1994 г. N 942, с 1 марта 1995 г. ему выплачивается пенсия по выслуге лет исходя из среднего денежного содержания на момент обращения за получением пенсии по должности прокурора отдела областной прокуратуры, с которой он был уволен 16 февраля 1984 г. По мнению истца, в соответствии со ст. 43 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, и их семей" (с изменениями и дополнениями) ему должна быть начислена пенсия исходя из его фактического денежного содержания на момент увольнения, получаемого им в максимальном размере, а не из среднего содержания.

Решением Калининского районного суда г. Тюмени (оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Тюменского областного суда) требования Броуна удовлетворены.

Прокурор Тюменской области на основании ст. 324 ГПК РСФСР в порядке надзора внес протест об отмене судебных постановлений по делу в президиум Тюменского областного суда.

Президиум областного суда протест удовлетворил, судебные постановления отменил и внес новое решение об оставлении требований истца без удовлетворения.

Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных постановлений и о вынесении по делу решения об отказе Броуну в иске.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ протест удовлетворила по следующим основаниям.

Прокуратура Тюменской области является ответчиком по делу. Ее права и обязанности при рассмотрении этого дела определены в ст. 30 ГПК РСФСР и не могут превышать обычных процессуальных прав и обязанностей стороны в гражданском процессе.

В ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и в ст. 14 ГПК РСФСР закреплены принципы состязательности и равенства сторон в гражданском процессе.

Эти принципы в деле, где прокуратура - сторона в процессе, препятствуют использованию прокурором тех особых полномочий, которые предоставлены прокуратуре как надзорному органу. Прокурор, в частности, в данном деле не может использовать свое право принесения протеста в порядке надзора на вступившее в законную силу решение суда, поскольку другая сторона такого права не имеет.

Рассмотрение протеста прокурора президиумом областного суда является существенным нарушением норм процессуального права, повлекшим вынесение незаконного, нарушающего права истца постановления. Это обстоятельство в соответствии с п. 2 ст. 330 ГПК РСФСР - основание к отмене постановления суда надзорной инстанции.

Одновременно с отменой постановления президиума областного суда подлежали отмене все судебные решения как вынесенные с нарушением норм материального права.

В соответствии со ст. 44 Закона Российской Федерации от 17 января 1992 г. "О прокуратуре Российской Федерации" пенсионное обеспечение прокуроров и следователей, научных и педагогических работников, имеющих классные чины, и членов их семей осуществляется применительно к условиям, нормам и порядку, установленным законодательством Российской Федерации для лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, и их семей.

В соответствии со ст. 43 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, и их семей" (с изменениями и дополнениями) виды денежного довольствия военнослужащих, учитываемые при исчислении пенсии, определяются Правительством Российской Федерации.

Поскольку порядок пенсионного обеспечения военнослужащих на прокурорских работников был распространен без каких-либо ограничений, то и виды денежного содержания, учитываемые при исчислении пенсии прокурорским работникам, также должны определяться постановлением Правительства Российской Федерации.

Как установлено в п. 2.6 Положения о порядке назначения и выплаты пенсий прокурорам и следователям, научным и педагогическим работникам органов и учреждений Прокуратуры Российской Федерации и их семьям, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 12 августа 1994 г. N 942, прокурорским работникам, уволенным из органов и учреждений прокуратуры до 1 июля 1994 г., пенсии исчисляются из среднего денежного содержания на момент обращения за пенсией по должности, с которой они были уволены.

Эта норма введена Правительством Российской Федерации в пределах предоставленных ему законом полномочий и прав заявителя не нарушает.

В связи с ее введением положение истца не ухудшилось, а, напротив, улучшилось. У него появилась возможность получать пенсию по выслуге лет, права на которую у него ранее не было.

Из органов прокуратуры Броун был уволен в феврале 1984 г. При назначении ему пенсии по выслуге лет в марте 1995 г. принять за основу при исчислении размера пенсии тот оклад, который истец получал на момент увольнения, невозможно, поскольку действующее законодательство о пенсионном обеспечении военнослужащих, распространенное на прокурорских работников, не предусматривает возможности индексации заработка 1984 года при назначении пенсии в 1995 году. Невозможно в этом случае брать за основу при исчислении пенсии и те оклады, которые были введены в прокуратуре после увольнения истца, поскольку Броун эти повышенные оклады не получал и должности, по которым эти оклады назначались, не занимал.

При таких условиях положение об исчислении пенсии лиц, уволенных из органов прокуратуры до 1 июля 1994 г., исходя из среднего денежного содержания на момент обращения за пенсией является обоснованным и прав истца не нарушает.

Поскольку судом допущена ошибка в применении и толковании норм материального права, Судебная коллегия Верховного Суда РФ сочла возможным, не передавая дела на новое рассмотрение, вынести новое решение об отказе в иске.

8. Разъяснение или изменение порядка и способа исполнения решения отнесено к исключительной компетенции суда, постановившего это решение.

Открытое акционерное общество (ОАО) "Синтезкаучук" 14 октября 1997 г. обратилось в Центральный районный суд г. Тольятти с заявлением о возбуждении исполнительного производства по взысканию с ЗАО ФСК "Акра" 3 818 965 829 руб. во исполнение решений арбитражного суда Самарской области от 11 июля 1997 г. и от 24 июля 1997 г.

Определением судьи Центрального районного суда г. Тольятти от 4 ноября 1997 г. взыскание по исполнительным листам арбитражного суда Самарской области от 24 августа 1997 г. о взыскании 3 818 130 929 руб. и от 11 августа 1997 г. о взыскании 834 900 руб. с ЗАО ФСК "Акра" в пользу ОАО "Синтезкаучук" было обращено на акции ОАО "Синтезкаучук" в количестве 44 128 штук, принадлежащие ЗАО ФСК "Акра", находящиеся на электронном носителе у реестродержателя ЗАО "Панорама". Этим же определением ЗАО "Панорама" было обязано внести изменения в систему ведения реестра, переоформить право собственности на обыкновенные именные акции ОАО "Синтезкаучук" первого выпуска в количестве 44 128 штук номиналом по 1 тыс. рублей каждая, ранее принадлежавшие ЗАО ФСК "Акра", на нового владельца - ОАО "Синтезкаучук".

Президиум Самарского областного суда от 21 мая 1998 г. оставил без удовлетворения протест прокурора области об отмене данного определения суда ввиду того, что судом разрешены вопросы, не отнесенные к его компетенции.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ удовлетворила аналогичный протест заместителя Генерального прокурора РФ, указав следующее.

Судья, вынося определение об обращении взыскания присужденной арбитражным судом денежной суммы на акции и обязывая реестродержателя переоформить акции на организацию-взыскателя, фактически изменил способ исполнения решений арбитражного суда, хотя это в данном случае не входит в компетенцию суда общей юрисдикции.

В соответствии со ст. 205 АПК РФ изменение порядка и способа исполнения решения арбитражного суда осуществляется арбитражным судом, а не судом общей юрисдикции, по заявлению взыскателя, должника или судебного исполнителя. Вопрос об изменении способа и порядка исполнения решения арбитражного суда рассматривается в заседании арбитражного суда с извещением взыскателя и должника заказным письмом с уведомлением о вручении; по результатам рассмотрения заявления выносится определение.

При обращении в Центральный районный суд г. Тольятти с заявлением о возбуждении исполнительного производства на основании выданных арбитражным судом исполнительных документов ОАО "Синтезкаучук" ссылалось на нормы ГПК РСФСР, регулирующие порядок возбуждения исполнительного производства судебным исполнителем и порядок обращения взыскания на имущество организации-должника.

В соответствии с разделом V ГПК РСФСР "Исполнительное производство" возбуждает исполнительное производство и разрешает вопросы о наложении ареста на имущество организации-должника и об обращении взыскания на это имущество не суд, а самостоятельно судебный исполнитель. Суд выносит определение лишь в тех случаях, когда судебному исполнителю необходимо получить разъяснение по решению, по вопросам об отсрочке, рассрочке или изменении способа исполнения решения, а также в других предусмотренных законом случаях, причем вынесение названного определения - прерогатива именно того суда, который вынес решение, подлежащее исполнению (ст.ст. 206, 354, 355 ГПК РСФСР, ст. 205 АПК РФ).

Такой же порядок возбуждения исполнительного производства и обращения взыскания на имущество организации-должника судебным приставом-исполнителем предусмотрен Федеральным законом от 21 июля 1997 г. N 119-ФЗ "Об исполнительном производстве".

Следовательно, определение судьи Центрального районного суда г. Тольятти от 4 ноября 1997 г. вынесено с нарушением норм процессуального права, регулирующих порядок исполнения решений арбитражных судов, поэтому подлежит отмене в соответствии с п. 2 ст. 330 ГПК РСФСР.

 

Судебная коллегия по гражданским делам

Верховного Суда Российской Федерации

(Продолжение в следующем номере)