5. На лицо, которое приобрело перемещенное через таможенную границу Российской Федерации транспортное средство, может быть возложена гражданско-правовая ответственность (или другие неблагоприятные последствия) только при доказанности того, что в момент приобретения это лицо знало или должно было знать о незаконности ввоза

(И з в л е ч е н и е)

19 ноября 1996 г. Ж. приобрела по договору купли-продажи автомобиль "Мицубиси-Паджеро" 1994 года выпуска за 53 491 585 руб.

До заключения договора купли-продажи автомашина принадлежала П. на основании ПТС ТС 47 АА 694334, выданного 4 августа 1994 г. МРЭО ГАИ Кировского ГРОВД Ленинградской области, состояла на государственном учете, свидетельство о регистрации выдано 21 сентября 1994 г. МРЭО N 2 ОГАИ ГУВД г. Санкт-Петербурга.

6 февраля 1998 г. автомобиль был изъят с составлением протокола о нарушении таможенных правил, в котором указано, что автомашина, ввезенная на территорию Российской Федерации 5 июля 1994 г. Б., направлена в Санкт-Петербургскую таможню, но таможенное оформление не прошла, тем не менее 27 июля 1994 г. с использованием подложного таможенного удостоверения автомобиль поставлен на учет в органах ГАИ.

17 февраля 1998 г. заместитель начальника Санкт-Петербургской таможни вынес постановление, согласно которому неустановленное лицо (по документам значащееся как Б.) признано совершившим нарушение таможенных правил, ответственность за которое предусмотрена чч. 1, 2 ст. 254 ТК РФ, автомобиль "Мицубиси-Паджеро" конфискован.

Решением Василеостровского районного суда г. Санкт-Петербурга от 8 апреля 1998 г. Ж. отказано в удовлетворении жалобы на постановление таможни.

Она обратилась в суд с иском к Санкт-Петербургской таможне о признании ее добросовестным приобретателем и истребовании конфискованного имущества.

Василеостровский районный суд г. Санкт-Петербурга 15 февраля 1999 г. иск Ж. удовлетворил.

Президиум Санкт-Петербургского городского суда 5 мая 1999 г. это решение суда отменил и в иске Ж. отказал.

Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене постановления президиума как вынесенного с нарушением норм материального права.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 13 апреля 2000 г. протест удовлетворила, указав следующее.

Удовлетворение иска Ж. суд первой инстанции мотивировал тем, что договор купли-продажи автомашины не признан недействительным, в силу п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности у истицы возникло по основаниям, предусмотренным законом. Постановлением Санкт-Петербургской таможни от 17 февраля 1998 г. по делу о нарушении таможенных правил вины истицы не установлено, на момент приобретения машины (19 ноября 1996 г.) ей не было известно о нарушении таможенных правил в отношении машины неустановленным лицом, в связи с чем она является добросовестным приобретателем. Истица к административной (таможенной) ответственности не привлекалась, при таких обстоятельствах, как считал районный суд, изъятие у собственника автомашины нарушает его права.

Президиум Санкт-Петербургского городского суда, отменяя решение суда и отказывая Ж. в иске, сослался на то, что таможенное оформление автомобиля не было завершено, в связи с чем он правильно конфискован как непосредственный объект таможенного нарушения и не мог быть объектом отчуждения по договору купли-продажи. Поэтому вывод районного суда о переходе к истице права собственности на автомобиль на основании надлежащим образом заключенного договора противоречит нормам материального права.

Однако постановление президиума Санкт-Петербургского городского суда нельзя признать правильным.

Согласно ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В силу ст. 304 того же Кодекса собственник может требовать устранения всяких нарушений его права.

Согласно ч. 8 ст. 124 ТК РФ при незаконном перемещении товаров и транспортных средств через таможенную границу Российской Федерации солидарную ответственность за уплату таможенных платежей несут лица, незаконно перемещающие товары и транспортные средства, лица, участвующие в незаконном перемещении, если они знали или должны были знать о незаконности такого перемещения, а при ввозе - также лица, которые приобрели в собственность или во владение незаконно ввезенные товары и транспортные средства, если в момент приобретения они знали или должны были знать о незаконности ввоза.

Таким образом, гражданско-правовая ответственность либо другие неблагоприятные последствия могут быть возложены на лицо, которое приобрело перемещенное через таможенную границу Российской Федерации транспортное средство, при доказанности того, что в момент приобретения это лицо знало или должно было знать о незаконности ввоза. Это положение распространяется и на случаи, когда таможенное средство, перемещенное через таможенную границу, не прошло таможенного оформления.

При недоказанности указанного таможенные платежи должно вносить лицо, переместившее и продавшее транспортное средство.

В деле нет доказательств того, что в момент приобретения машины истице было известно о незаконности ее ввоза либо о том, что машина не прошла таможенного оформления.

При таких обстоятельствах Ж. - добросовестный приобретатель и не имеет отношения к нарушению таможенных правил, поэтому конфискация у нее автомашины противоречит закону.

С учетом изложенного нельзя согласиться с доводом президиума о том, что договор купли-продажи машины, заключенный между Ж. и П., недействителен (ничтожен) как сделка, не соответствующая требованиям закона, независимо от признания его таковым судом.