1996 год

1997 год

1998 год

1999 год

2000 год

2001 год

2002 год

2003 год

2004 год

2005 год

2006 год

Поиск по БВС

Перевод с английского ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА ВТОРАЯ СЕКЦИЯ РЕШЕНИЕ ПО ВОПРОСУ ПРИЕМЛЕМОСТИ ЖАЛОБЫ N 47936/99, поданной ГАЛИНОЙ ПИТКЕВИЧ ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Европейский суд по правам человека (Вторая секция), заседая 8 февраля 2001 г. Палатой в составе: Председателя Палаты Х.Розакиса, судей: А.Баки, Б.Конфорти, П.Лоренсена, М.Кака-Николовска, Е.Левитса, А.Ковлера с участием Э.Фриберга, секретаря секции, изучив данную жалобу, поданную 1 февраля 1999 г. и зарегистрированную 6 мая 1999 г., принимая во внимание меморандум, поданный государством-ответчиком, а также ответные возражения заявителя, проведя обсуждение, принял следующее решение: Основные факты Заявитель - гражданка Российской Федерации, 1946 года рождения. В Европейском суде по правам человека ее интересы представляют господа Ряховский М. и Пчелинцев А. - адвокаты, практикующие в г. Москве. Российскую Федерацию представляет Уполномоченный Российской Федерации при Европейском суде по правам человека Лаптев П.А. А. Особые обстоятельства дела Обстоятельства дела в том виде, в котором они были представлены сторонами, могут быть изложены следующим образом. С 1987 года заявитель была членом церкви "Живая Вера" (далее именуется - Церковь), входящей в состав Союза христиан веры евангельской - пятидесятников в России. С 1987 года заявитель работала судьей районного суда г. Ноябрьска Ямало-Ненецкого автономного округа Российской Федерации. В феврале - марте 1997 г. заявитель участвовала в выборах на пост мэра г. Ноябрьска. Питкевич Г.Н. заявляет, что один из ее оппонентов по избирательной кампании, ставший впоследствии мэром упомянутого города, неоднократно подвергал критике в средствах массовой информации кандидатуру заявителя, называя ее "сектанткой, стремящейся к власти", а при упоминании Церкви употреблял термин "тоталитарная секта". 9 сентября 1997 г. только что избранный мэр направил председателю районного суда г. Ноябрьска письмо с требованием отстранить Питкевич Г.Н. от должности судьи по причине того, что она "сектантка". Ряд частных лиц обратились в суд с жалобами на ненадлежащее выполнение Питкевич Г.Н. полномочий судьи. 9 декабря 1997 г. совет судей Ямало-Ненецкого автономного округа, местная ассоциация судей рассмотрели вопрос о злоупотреблении Питкевич Г.Н. судебными полномочиями. Совет назначил дисциплинарное производство в отношении заявителя, предоставив квалификационной коллегии судей Ямало-Ненецкого автономного округа право решения вопроса относительно отстранения Питкевич Г.Н. от должности судьи. С 3 по 6 февраля 1998 г. квалификационная коллегия судей проводила слушания по данному делу. Коллегия состояла из четырех судей. Представители совета и местных властей выступали в качестве противной стороны по делу заявителя. Коллегия опросила заявителя и нескольких свидетелей, в том числе должностных лиц Ноябрьского городского совета и районного суда г. Ноябрьска, свидетельствовавших против Питкевич Г.Н. Коллегией были тщательно изучены письменные показания 41 человека, в число которых входили частные лица, обжаловавшие действия Питкевич Г.Н. в ходе судебного рассмотрения их дел. По утверждению заявителя, ей было отказано в вызове свидетелей с ее стороны. 6 февраля 1998 г. квалификационная коллегия судей освободила заявителя от должности и лишила ее "третьего квалификационного класса судьи" по причине того, что заявитель "нанесла существенный ущерб репутации судьи и умалила авторитет данной профессии" по смыслу статьи 14 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации". Коллегия также установила нарушения заявителем Конституции Российской Федерации, Закона Российской Федерации "О свободе совести и о религиозных объединениях" и Кодекса чести судьи Российской Федерации. Наряду с этим коллегия пришла к выводу о том, что заявитель злоупотребляла своим должностным положением "для осуществления религиозной деятельности в интересах Церкви", в том числе посредством вовлечения в деятельность Церкви нескольких должностных лиц районного суда г. Ноябрьска, а также третьих лиц (например, сторон в процессах, по которым Питкевич Г.Н. была назначена судьей). Кроме того, было установлено, что заявитель безуспешно пыталась приобщить к деятельности Церкви целый ряд других лиц, что она публично молилась в ходе судебных слушаний и обещала сторонам в ряде судебных процессов благоприятный исход дела в случае их вступления в члены Церкви. Квалификационная коллегия судей отметила, что подобная деятельность заявителя повлекла за собой многочисленные отводы и жалобы в отношении нее. Коллегия наряду с этим подтвердила право свободного выбора религии заявителем и то, что Церковь представляла собой законную организацию, должным образом зарегистрированную органами местного самоуправления. Тем не менее коллегия пришла к выводу о том, что Церковь являет собой "секту, прикрывающуюся ярлыком христианской церкви, но на самом деле [таковой не являющуюся]". Квалификационная коллегия судей в дальнейшем подтвердила правомочность участия заявителя в выборах мэра г. Норильска, однако осудила методы избирательной кампании Питкевич Г.Н. как способствующие пропаганде Церкви и не уделяющие должного внимания "насущным проблемам" общества и экономики государства. Заявитель подала жалобу в Высшую квалификационную коллегию судей Российской Федерации, в которой, в частности, заявила о том, что никогда не злоупотребляла своим должностным положением в интересах Церкви и в целях ее пропаганды. 21 мая 1998 г. Высшая квалификационная коллегия судей Российской Федерации в составе 23 судей рассмотрела жалобу в присутствии заявителя и представителя квалификационной коллегии судей Ямало-Ненецкого автономного округа, который потребовал отклонить жалобу Питкевич Г.Н. Заявитель утверждает, что ее представителю было отказано в присутствии на слушании в коллегии. В ходе слушания в коллегии заявитель не отрицала факт "обсуждения" нравственного поведения сторон применительно к различным семейным правам в ряде судебных процессов. Высшая квалификационная колллегия судей Российской Федерации отклонила жалобу Питкевич Г.Н., признав правильность ранее вынесенного решения по ее делу. Заявитель подала жалобу в Верховный Суд Российской Федерации. Питкевич Г.Н. утверждает, что 7 августа 1998 г. Верховный Суд Российской Федерации рассмотрел ее жалобу в присутствии представителя Ямало-Ненецкого автономного округа и прокурора, требовавшего отклонить ее жалобу. Заявитель не присутствовала на указанном слушании. Верховный Суд Российской Федерации отклонил жалобу Питкевич Г.Н., сославшись на разъяснения представителя совета судей Ямало-Ненецкого автономного округа, прокурора, а также на предыдущие решения коллегии. Верховный Суд Российской Федерации признал, что заявитель занималась пропагандой Церкви и религиозным устрашением сторон в процессах, по которым она была назначена судьей. Верховный Суд пришел к выводу о том, что подобное поведение заявителя ставило под сомнение беспристрастность и независимость суда. Питкевич Г.Н. заявляет, что слушание в Верховном Суде Российской Федерации было изначально намечено на 11 августа 1998 г. Ввиду того, что уведомление о переносе судебного слушания ей не направлялось, заявитель приехала 11 августа 1998 г. и узнала о том, что слушание по ее делу было проведено 7 августа 1998 г. Уполномоченный Российской Федерации при Европейском суде по правам человека в своем меморандуме указал на то, что слушание в Верховном Суде Российской Федерации по делу Питкевич Г.Н. было проведено в намеченный день - 11 августа 1998 г. В решении Верховного Суда Российской Федерации проставлена дата слушания - 7 августа 1998 г. В меморандуме Уполномоченного Российской Федерации при Европейском суде по правам человека отмечается, что в решении Верховного Суда Российской Федерации допущена очевидная опечатка даты слушания (7 августа 1998 г.), которая впоследствии была исправлена. В. Относящиеся к делу национальное законодательство и практика Статус судей и "квалификационные классы" Закон Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" (пункт 1 статьи 2) и Закон РСФСР "О судоустройстве РСФСР" (статья 12) предусматривают единый статус всех судей. В соответствии с пунктом 2 статьи 2 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" судьям в зависимости от занимаемой должности, стажа работы в должности судьи и иных предусмотренных законом обстоятельств присваиваются квалификационные классы. Присвоение судье квалификационного класса не означает изменение его статуса относительно других судей в Российской Федерации. Существует шесть "квалификационных классов", которые присваиваются судьям на основании решений квалификационных коллегий судей, установленных в соответствии с Законом Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации", постановлением Верховного Совета Российской Федерации "Об утверждении Положения о квалификационной коллегии судей и Положения о квалификационной аттестации судей" (см. ниже). Статья 19 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" предусматривает доплату к зарплате или пенсии судьи за квалификационный класс. Предъявляемые к судьям требования Статья 14 Конституции Российской Федерации предусматривает отделение религиозных объединений от государства. Статьи 3 и 4 Закона Российской Федерации "О свободе совести и о религиозных объединениях" запрещает должностным лицам органов государственной власти использовать свое служебное положение для формирования того или иного отношения к религии. В соответствии со статьей 3 Кодекса чести судьи деятельность судьи по отправлению правосудия должна превалировать над его внесудебной деятельностью. Пункт 2 статьи 3 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" предусматривает, что судья при исполнении своих полномочий, а также во внеслужебных отношениях должен избегать всего, что могло бы умалить авторитет судебной власти, достоинство судьи или вызвать сомнение в его объективности, справедливости и беспристрастности. Пункт 3 статьи 2 упомянутого Закона устанавливает, что судья не вправе быть депутатом, принадлежать к политическим партиям и движениям, осуществлять предпринимательскую деятельность, а также совмещать работу в должности судьи с другой оплачиваемой работой, кроме научной, преподавательской, литературной и иной творческой деятельности. Подпункт 9 пункта 1 статьи 14 этого же Закона говорит о том, что полномочия судьи прекращаются при совершении им поступка, позорящего честь и достоинство судьи или умаляющего авторитет судебной власти. Квалификационные коллегии судей В соответствии с пунктом 2 статьи 14 и пунктом 1 статьи 18 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" прекращение полномочий судьи происходит на основании решения соответствующей квалификационной коллегии судей, которое может быть обжаловано судьей в Высшую квалификационную коллегию судей Российской Федерации. Решение Высшей квалификационной коллегии судей Российской Федерации может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации. В соответствии с частью 4 статьи 26 Положения о квалификационных коллегиях судей решение коллегии о лишении квалификационного класса обжалованию не подлежит. На основании статей 1-3 и 9 Положения о квалификационных коллегиях судей последние работают на основе региональных и вышестоящих судов, избираются сроком на три года тайным голосованием в ходе собраний судей соответствующих судов. Статья 6 упомянутого Положения устанавливает, что только судьи могут быть членами квалификационных коллегий. Статья 15 Положения предусматривает, что поступившие в квалификационную коллегию судей и относящиеся к ее компетенции заявления в отношении конкретного судьи, поданные органами государственной власти или частными лицами, подлежат рассмотрению при условии, что затронутые в жалобе вопросы находятся в сфере компетенции квалификационной коллегии судей. По получении жалобы председатель квалификационной коллегии судей или его заместитель начинают расследование заявленных в жалобе фактов, осуществляют подготовку заседания: определяют время и место проведения заседания, круг лиц, подлежащих приглашению на заседание (статья 16 Положения). Судья, в отношении которого решается вопрос, должен иметь доступ ко всем материалам, подготовленным для слушания, и иметь возможность представить свои возражения и замечания (статья 17 Положения). Статья 19 Положения устанавливает, что председательствующий по согласованию с другими членами квалификационной коллегии судей определяет порядок рассмотрения вопросов, вынесенных на заседание. По рассматриваемым квалификационной коллегией судей вопросам соответствующий орган юстиции вправе представить свое заключение (статья 20 Положения). Пересмотр дела в порядке надзора и жалобы на решения Верховного Суда Российской Федерации Статья 11 Гражданского процессуального кодекса РСФСР (далее именуется - ГПК РСФСР) предусматривает, что вышестоящие суды осуществляют надзор за деятельностью нижестоящих судов. Это означает, что в соответствии со статьями 319, 320 и 327 ГПК РСФСР высшие должностные лица могут в любое время на основании частной жалобы или по собственной инициативе принести в вышестоящий суд протест в порядке надзора на окончательное решение нижестоящего суда по любым вопросам права и факта. Протест в порядке надзора следует отличать от пересмотра дела по вновь открывшимся обстоятельствам (статьи 333-337 ГПК РСФСР). После внесения изменений и дополнений в ГПК РСФСР и Закон РСФСР "О судоустройстве РСФСР", осуществленных в соответствии с Федеральным законом "О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР "О судоустройстве РСФСР", Гражданский процессуальный кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР", вступившим в силу с 6 января 1999 г., решения, принятые Верховным Судом Российской Федерации по первой инстанции, могут обжаловаться в Кассационную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в соответствии со статьей 105 ГПК РСФСР. Суть жалобы 1. Основываясь на пункте 1 статьи 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее именуется - Конвенция), заявитель утверждает, что процедуры, в ходе которых был решен вопрос о ее отстранении от должности судьи, нарушили ее право на справедливое разбирательство дела. В частности, Питкевич Г.Н. заявляет, что судебные органы, рассматривавшие ее дело, не были беспристрастными, так как они испытывали влияние средств массовой информации, местных политических деятелей и судей. Питкевич Г.Н. также заявляет, что свидетели по ее делу не были приведены к присяге, квалификационная коллегия судей Ямало-Ненецкого автономного округа отказала ей в вызове свидетелей с ее стороны, толкование некоторых свидетельских показаний было искажено коллегией. Наряду с этим Питкевич Г.Н. жалуется на то, что ей было отказано в законном праве на представительство в Высшей квалификационной коллегии судей Российской Федерации 21 мая 1998 г., поскольку ее адвокат не был допущен к слушанию. Заявителю также было отказано в праве на участие в слушании в Верховном Суде Российской Федерации, так как она не была извещена о дате слушания, и, таким образом, дело рассматривалось в присутствии противной стороны. Питкевич Г.Н. оспаривает выводы судебных органов по установлению фактической стороны дела. В частности, она утверждает, что заявление о том, что она якобы обещала благоприятный исход дела в случае вступления в члены Церкви стороны в процессе, по которому она была назначена судьей, должно было бы послужить основанием для возбуждения против нее уголовного дела по обвинению в должностном злоупотреблении. Поскольку никакого уголовного дела против нее не было заведено, вышеприведенное заявление было, как утверждает Питкевич Г.Н., ложным. 2. Основываясь на статьях 9, 10 и 14 Конвенции, заявитель жалуется на то, что ее увольнение с должности судьи равнозначно необоснованному и дискриминационному вмешательству в ее право на свободу религии и выражения своего мнения. В связи с этим Питкевич Г.Н. утверждает, что судебные органы не смогли провести различие между разрешенным законом использованием в демократическом обществе ею права на религиозные убеждения, что было подтверждено обстоятельствами дела, и ненадлежащим использованием ею должностного положения в целях пропаганды Церкви, как это было истолковано судебными органами. 3 Основываясь на статье 1 Протокола N 1 к Конвенции, заявитель утверждает, что ее увольнение с должности судьи и лишение "третьего квалификационного класса" нарушили ее право на уважение собственности, предусмотренное указанной статьей. Вопросы права 1. Заявитель утверждает, что процедуры, в ходе которых был решен вопрос о ее отстранении от должности судьи, нарушили ее право, предусмотренное пунктом 1 статьи 6 Конвенции, который закрепляет: "Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях ... имеет право на ... разбирательство дела независимым и беспристрастным судом ..." В первую очередь Уполномоченный Российской Федерации при Европейском суде по правам человека заявил о том, что Питкевич Г.Н. не исчерпала все внутренние средства правовой защиты, поскольку с принятием Федерального закона от 4 января 1999 г. N 3-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР "О судоустройстве РСФСР", Гражданский процессуальный кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР" все решения Верховного Суда Российской Федерации, вынесенные по первой инстанции, могли быть обжалованы в Кассационную коллегию Верховного Суда Российской Федерации. Следовательно, Питкевич Г.Н. была вправе обратиться в Кассационную коллегию Верховного Суда Российской Федерации, поставив одновременно вопрос о восстановлении срока подачи кассационной жалобы на решение Верховного Суда Российской Федерации от 11 августа 1998 г. Более того, заявитель могла воспользоваться правом поставить вопрос о принесении протеста в порядке судебного надзора. Однако Питкевич Г.Н. в нарушение требования пункта 1 статьи 35 Конвенции не использовала имеющиеся в ее распоряжении возможности. В меморандуме Уполномоченного Российской Федерации при Европейском суде по правам человека отмечается, что пункт 1 статьи 6 Конвенции неприменим к настоящей жалобе ввиду того, что дисциплинарное производство не затрагивало "гражданских" прав или обязанностей Питкевич Г.Н. Так или иначе, квалификационные коллегии судей и Верховный Суд Российской Федерации предоставили заявителю права, гарантированные пунктом 1 статьи 6 Конвенции. Питкевич Г.Н. утверждала, что решение Верховного Суда Российской Федерации было окончательным на момент его принятия и, таким образом, ею были соблюдены требования пункта 1 статьи 35 Конвенции. Далее она заявила, что вопрос о ее отстранении от должности судьи затрагивал ее "гражданские" права по смыслу пункта 1 статьи 6 Конвенции и что данные процедуры не были справедливыми. Европейский суд по правам человека (далее именуется - Европейский суд) напоминает, что в пункте 1 статьи 35 Конвенции речь идет об исчерпании эффективных средств правовой защиты. Европейский суд приходит к выводу о том, что пересмотр дела в порядке надзора в Российской Федерации не может инициироваться частным лицом, что относится к сфере дискреционного усмотрения определенных законом должностных лиц. Таким образом, пересмотр дела в порядке надзора не является эффективным средством судебной защиты по смыслу пункта 1 статьи 35 Конвенции (см. решение Европейского суда по правам человека по жалобе N 47033/99 "Тумилович против Российской Федерации" (Tumilovich v. Russia) от 22 июня 1999 г.). Не подлежит сомнению тот факт, что в то время, когда жалоба заявителя была рассмотрена Верховным Судом РСФСР, в законодательстве Российской Федерации отсутствовало положение, допускающее возможность обжалования решения Верховного Суда Российской Федерации по существу. Из этого следует, что заявитель не располагала другими средствами правовой защиты, предусматривающими пересмотр судебного решения в обычном порядке. Вопрос о восстановлении срока подачи кассационной жалобы на решение Верховного Суда Российской Федерации от 11 августа 1998 г., ставший возможным благодаря изменениям и дополнениям, внесенным впоследствии в законодательство Федеральным законом "О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР "О судоустройстве РСФСР", Гражданский процессуальный кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР", не мог быть поставлен заявителем на тот момент. В связи с этим Европейский суд считает, что Питкевич Г.Н. исчерпала внутренние средства правовой защиты, как этого требует пункт 1 статьи 35 Конвенции. По вопросу возможного применения пункта 1 статьи 6 Конвенции к процедуре отстранения заявителя от должности судьи Европейский суд ссылается на свое решение от 8 декабря 1999 г. по жалобе N 28541/95 "Пеллегран против Франции" (Pellegrin v. France), § 64-71, в котором было установлено, что споры о приеме на работу (об отстранении от работы) между государственными органами и государственными служащими, в чьи обязанности входило осуществление специфической деятельности государственной службы (когда последний действовал в качестве облеченного государственной властью лица, ответственного за защиту интересов государства), не расцениваются как "гражданские" и исключаются из сферы действия пункта 1 статьи 6 Конвенции. Европейский суд отмечает, что ярким примером такой деятельности могут послужить вооруженные силы и полиция. Европейский суд полагает, что, несмотря на то, что судейский корпус не является частью обычной гражданской службы, тем не менее входит составной частью в государственную службу. Судья имеет особую ответственность в сфере отправления правосудия, через которую государство осуществляет свои суверенные полномочия. Следовательно, судья непосредственно участвует в осуществлении полномочий, переданных ему публичной властью, и несет обязанности по защите интересов государства. Презюмируется, что судебное разбирательство, касающееся отстранения заявителя от должности судьи, не затрагивает ее "гражданских" прав и обязанностей по смыслу статьи 6 Конвенции. Из этого следует, что данное конвенционное положение неприменимо к настоящей жалобе. Таким образом, эта часть жалобы находится вне компетенции ratione materiae Европейского суда и поэтому несовместима с положениями Конвенции по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. 2. Заявитель жалуется на то, что лишение полномочий судьи нарушает ее права, предусмотренные статьями 9, 10 и 14 Конвенции. Статья 9 Конвенции закрепляет следующее: "1. Каждый имеет право на свободу мысли, совести и религии; это право включает свободу менять свою религию или убеждения и свободу исповедовать свою религию или убеждения как индивидуально, так и сообща с другими, публичным или частным порядком, в богослужении, обучении, отправлении религиозных и культовых обрядов. 2. Свобода исповедовать свою религию или убеждения подлежит лишь тем ограничениям, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах общественной безопасности, для охраны общественного порядка, здоровья или нравственности или для защиты прав и свобод других лиц". Статья 10 предусматривает следующее: "1. Каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ. Настоящая статья не препятствует государствам осуществлять лицензирование радиовещательных, телевизионных или кинематографических предприятий. 2. Осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия". Статья 14 устанавливает следующее: "Пользование правами и свободами, признанными в настоящей Конвенции, должно быть обеспечено без какой бы то ни было дискриминации по признаку пола, расы, цвета кожи, языка, религии, политических или иных убеждении, национального или социального происхождения, принадлежности к национальным меньшинствам, имущественного положения, рождения или по любым иным признакам". В меморандуме Уполномоченного Российской Федерации при Европейском суде по правам человека отмечается, что заявителем не были исчерпаны все внутренние средства правовой защиты, как того требует пункт 1 статьи 35 Конвенции. В соответствии с позицией, изложенной в меморандуме, заявителю не запрещалось свободно исповедовать религию, будучи членом Церкви. Ее жалобы в этом отношении несовместимы с положениями Конвенции. Далее в меморандуме подчеркивается, что заявитель оспаривает факты, установленные национальными властями, однако не представляет аргументов, опровергающих выводы, сделанные на основании этих фактов. По мнению Уполномоченного, представляющего интересы Российской Федерации, эти факты были установлены в результате тщательного изучения дела на всех этапах его рассмотрения, включая Верховный Суд Российской Федерации. У Европейского суда нет оснований подвергать сомнению состоятельность этих фактов. Наряду с этим в меморандуме отмечается, что Питкевич Г.Н. признала некоторые факты, установленные национальными властями, например ее критику нравственности некоторых сторон в судебных процессах, по которым заявитель была назначена судьей. Этот факт, по мнению Российской Федерации, подтверждает, что заявитель превысила функции судьи и злоупотребила свободой, гарантированной законодательством Российской Федерации и Конвенцией. Российская Федерация подчеркивает, что лишение заявителя полномочий судьи было произведено на основании многочисленных заявлений третьих лиц (а не по инициативе властей), жаловавшихся на практику отложения рассмотрения дел заявителем и на ее пристрастность. Лишение Питкевич Г.Н. полномочий судьи было необходимо в целях защиты прав третьих лиц, закрепленных в статьях 6 и 13 Конвенции. В соответствии с позицией Российской Федерации подобное отстранение заявителя от должности судьи соответствовало положениям законодательства Российской Федерации и Конвенции, преследовало публичный интерес, а именно защиту прав и свобод других лиц и сохранение авторитета и беспристрастности правосудия. Заявитель утверждает, что властями Российской Федерации были неправильно установлены фактические обстоятельства ее дела, в том числе это касается того, что свидетельские показания против нее ряда государственных служащих и третьих лиц давались не под присягой и были ненадежными. Далее Питкевич Г.Н. заявляет, что даже если свидетельские показания и были верны, то процедура лишения ее полномочий судьи не была соблюдена надлежащим образом и не соответствовала статьям 9, 10 и 14 Конвенции. Заявитель утверждает, что она никогда не злоупотребляла служебным положением при выражении своего мнения и законно применяла свои религиозные и моральные принципы при рассмотрении дел, по которым она была назначена судьей. Питкевич Г.Н. заявляет, что каждый судья имеет философские и религиозные убеждения. Она "осознанно и преднамеренно ссылалась на религиозную нравственность, дабы содействовать тяжущимся сторонам, но никогда никому не навязывала своих взглядов" и, таким образом, не злоупотребляла своим служебным положением. Более того, ею не были нарушены требования закона во время избирательной кампании по выборам мэра. Однако она была несправедливо лишена полномочий судьи за религиозные и политические взгляды. Европейский суд еще раз заявляет о том, что по причинам, изложенным ранее применительно к статье 6 Конвенции, данная часть жалобы не может быть отклонена по причине неисчерпанности внутренних средств правовой защиты. Европейский суд также подчеркивает, что никакое положение законодательства, равно как и действие должностных лиц, не лишали заявителя права участвовать в деятельности Церкви ни во время работы заявителя судьей, ни после лишения ее полномочий судьи. Тем не менее Европейский суд отмечает, что Питкевич Г.Н. была отстранена от должности за деятельность, осуществляемую ею во время отправления функций судьи и связанную с выражением ее религиозных взглядов. В связи с этим Европейский суд находит, что имело место вмешательство в права заявителя на свободу религии и выражения своего мнения, предусмотренные статьями 9 и 10 Конвенции. Сначала Европейский суд рассмотрит вопрос о том, было ли такое вмешательство оправданно по смыслу статьи 10 Конвенции. Подобное вмешательство составляет нарушение статьи 10 Конвенции, если только оно не было "предусмотрено законом", преследовало одну или более законную цель, как это определено в пункте 2 статьи 10, и "было необходимо в демократическом обществе" для их достижения. Лишение заявителя полномочий судьи, бесспорно, было осуществлено в соответствии с законодательством Российской Федерации, а именно: со статьей 14 Конституции Российской Федерации, статьями 3 и 14 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации", статьей 3 Кодекса чести судьи, статьями 3 и 4 Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях". Питкевич Г.Н. не представила аргументации относительно того, что указанные положения не соответствовали понятию "закон" или что лишение ее полномочий судьи на основании данных законов не было предписано статьей 10 Конвенции. Таким образом, Европейский суд приходит к выводу о том, что такое вмешательство было "предписано законом". Российская Федерация придерживается того мнения, что вмешательство преследовало законные цели, в частности защиту прав других лиц и обеспечение авторитета и беспристрастности правосудия. Заявитель не дала своих комментариев по этому поводу. Европейский суд считает, что законодательство Российской Федерации по данному вопросу накладывает определенные обязательства на судей как гарантов верховенства закона и предусматривает прекращение полномочий судьи в случае его несоответствия выдвигаемым требованиям в целях защиты прав других лиц и обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия. Из этого следует, что лишение заявителя полномочий судьи преследовало законную цель по смыслу пункта 2 статьи 10 Конвенции. Остается определить, было ли такое вмешательство "необходимым в демократическом обществе", как того требует пункт 2 статьи 10 Конвенции. Европейский суд напоминает, что свобода выражения мнения подлежит ограничениям, которые тем не менее должны быть четко определены, а их необходимость убедительно доказана. Прилагательное "необходимое" по смыслу пункта 2 статьи 10 подразумевает наличие "настоятельной общественной потребности". Высокие договаривающиеся стороны имеют определенное поле оценки наличия такой потребности (см. mutatis mutandis решение Европейского суда от 26 сентября 1995 г. по делу "Фогт против Германии" (Vogt v. Germany), Серия А, N 323, § 43-48). Важно отметить, что при осуществлении надзорной юрисдикции Европейский суд не должен подменять собой компетентные внутригосударственные органы, а лишь просмотреть через призму статьи 10 Конвенции решения, вынесенные ими, исходя из их оценочных полномочий. Это, однако, не означает, что надзор ограничен определением вопроса о том, осуществляло ли государство свои дискреционные полномочия разумно, осторожно и добросовестно. Что Европейский суд действительно должен сделать, так это разобраться в заявленном вмешательстве в права заявителя в свете всего дела и определить, было ли оно "пропорционально преследуемым законным целям", а приведенные внутригосударственными органами основания - "уместными и достаточными" (см. решение (N 2) Европейского суда от 26 ноября 1991 г. по делу "Санди Таймс против Соединенного Королевства" (Sunday Times v. the United Kingdom), Серия А, N 217, § 50). При рассмотрении данного вопроса Европейскому суду необходимо убедиться в том, что внутригосударственные органы применяли стандарты, соответствующие принципам, закрепленным в статье 10 Конвенции, и самое главное, что данные решения основаны на допустимой оценке соответствующих фактов (см. решение Европейского суда от 23 сентября 1994 г. по делу "Джерсилд против Дании" (Jersild v. Denmark), Серия А, N 298, § 31). В упомянутом выше деле "Фогт против Германии" Европейский суд по вопросу увольнения гражданского служащего признал: "Данные принципы применимы также к гражданским служащим. Несмотря на то, что государство вправе налагать на гражданских служащих в силу их статуса обязанность благоразумного поведения, они тем не менее являются физическими лицами и в силу этого подпадают под действие статьи 10 Конвенции. Таким образом, Европейский суд, принимая во внимание обстоятельства каждого дела, должен определить, был ли соблюден баланс между правом физического лица на свободу выражения своего мнения и законным интересом демократического государства при обеспечении надлежащего соблюдения гражданской службой целей, перечисленных в пункте 2 статьи 10 Конвенции. Европейский суд при рассмотрении подобных вопросов должен помнить о том, что в тех случаях, когда затрагивается право гражданского служащего на свободу выражения мнения, "обязанности и ответственность", упомянутые в пункте 2 статьи 10 Конвенции, имеют особое значение, оправдывающее оставление внутригосударственным органам определенного поля для оценки вопроса о том, было ли оспариваемое вмешательство пропорционально вышеизложенным целям". Учитывая особое место, принадлежащее судебным органам среди государственных органов в демократическом обществе, Европейский суд придерживается того мнения, что это особенно прослеживается в деле об ограничении свободы судьи выражать свое мнение применительно к осуществлению им своих должностных функций, хотя судьи и не входят в состав обычной гражданской службы. Заявитель утверждает, что судами Российской Федерации были неправильно установлены факты по ее делу и что лишение ее полномочий судьи представляло собой несправедливое наказание за выражение своих взглядов. Питкевич Г.Н., однако, никак не прокомментировала обсуждение ею различных нравственных и религиозных вопросов в стенах суда. Более того, заявитель подчеркивает, что она "осознанно и преднамеренно ссылалась на религиозную нравственность, дабы содействовать тяжущимся сторонам в процессах, по которым она была назначена судьей". Европейский суд полагает, что высказывание судьей мнения по вопросу нравственности стороны в судебном разбирательстве может свидетельствовать о пристрастности судьи, если только такое мнение не было необходимо для разрешения дела и обоснования выносимого судебного решения. Относительно оспаривания заявителем фактов, установленных внутригосударственными органами, Европейский суд напоминает, что его задача заключается не в подмене собой национальных органов при установлении фактов, а в проверке принятых ими решений в свете всего дела заявителя. Европейский суд отмечает, что дело заявителя рассматривалось в ее присутствии в двух инстанциях, включая Высшую квалификационную коллегию судей Российской Федерации, состоящую из 23 судей. Верховный Суд Российской Федерации оставил решения квалификационных коллегий судей без изменения. Из дела не усматривается оснований, исходя из которых можно было бы утверждать, что внутригосударственные органы не были достаточно компетентными или добросовестными при установлении фактов. По итогам изучения многочисленных свидетельских показаний и жалоб, поданных против заявителя различными должностными и частными лицами, было установлено, что заявитель вовлекла в деятельность Церкви нескольких сотрудников суда и третьих лиц, безуспешно вовлекала в деятельность Церкви ряд других лиц, молилась во время судебных слушаний, обещала некоторым сторонам в процессах, находившихся в ее производстве, благоприятный исход дела в случае их вступления в члены Церкви; критиковала нравственное воспитание некоторых сторон в судебных процессах по вопросам семейных прав и что такое поведение и поступки заявителя приводили к отложению рассмотрения дел и к ряду отводов, заявленных в ее адрес. Европейский суд полагает, что Питкевич Г.Н. была лишена полномочий судьи за специфическую деятельность, которая была признана несовместимой с требованиями, выдвигаемыми к судье. Факты принадлежности заявителя к Церкви и наличия у нее религиозных взглядов не послужили основанием для лишения ее полномочий судьи. Несомненно, заявителю не препятствовали участвовать в избирательной кампании в качестве кандидата на пост мэра, посредством чего она могла выражать свои политические взгляды. Факт оспаривания мэром и некоторыми должностными лицами органов местного самоуправления верности Питкевич Г.Н. правосудию во время рассмотрения ее дела квалификационными коллегиями не означает, что имело место вмешательство в право заявителя на свободу выражения политических взглядов. Настоящее дело отличается от упомянутого дела "Фогт против Германии", по которому Европейский суд признал наличие нарушения статьи 10 Конвенции, потому что гражданский служащий был уволен только на основании его принадлежности к коммунистической партии, без рассмотрения вопроса о том, нарушалось ли Фогт предусмотренное законом требование верности, без критики, направленной на то, как ею в действительности выполнялись обязанности учителя. В данном же деле нарушение Питкевич Г.Н. предусмотренных законом обязанностей судьи, в частности деятельность, осуществляемая ею во время исполнения функций судьи, было четко указано. Факты, приведенные властями Российской Федерации как оправдание лишения заявителя полномочий судьи, относились исключительно к ее официальной деятельности и не касались выражения ее мнения в частной жизни. Таким образом, установленные факты были "уместными" при разрешении вопроса о соответствии заявителя должности судьи. На основании приведенных фактов был сделан вывод о том, что заявитель запугивала стороны в судебных процессах, ставила интересы Церкви выше государственных интересов защиты правосудия. В результате беспристрастность заявителя была поставлена под вопрос и был ослаблен авторитет правосудия. В этих условиях, допуская возможность оценки сложившейся ситуации, Европейский суд находит, что основания, приведенные властями Российской Федерации, были "достаточными" для вмешательства в право заявителя, предусмотренное статьей 10 Конвенции. Таким образом, лишение заявителя полномочий судьи было пропорционально преследуемым законным целям. Из этого следует, что данная часть жалобы является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. По этим же причинам Европейский суд полагает, что жалоба Питкевич Г.Н. на нарушение ее права, предусмотренного статьей 9 Конвенции, является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Ввиду того, что заявитель утверждает о нарушении статьи 14 Конвенции, Европейский суд повторяет, что лишение ее полномочий судьи не было основано на ее принадлежности к Церкви или наличии у нее иного "статуса". Отстранение Питкевич Г.Н. от должности судьи было связано с ее деятельностью, несовместимой с требованиями, предъявляемыми к судье. В связи с этим не находит подтверждения заявление о том, что Питкевич Г.Н. подвергалась дискриминации по смыслу статьи 14 Конвенции. Данная часть жалобы по указанным причинам также является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Следовательно, эта часть жалобы должна быть отклонена в соответствии с пунктом 4 статьи 35 Конвенции. 3. Наряду с изложенным заявитель утверждает, что лишение ее полномочий судьи и квалификационного класса нарушило статью 1 Протокола N 1 к Конвенции, которая предусматривает: "Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права. Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствий с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов и штрафов". Европейский суд полагает, что лишение заявителя полномочий судьи и квалификационного класса могли повлечь за собой определенные материальные и нематериальные последствия с возможным вмешательством в права собственности. Однако Европейский суд напоминает вышеприведенное решение о том, что лишение заявителя полномочий судьи не нарушало прав Питкевич Г.Н. , предусмотренных статьями 9, 10 и 14 Конвенции. Нарушений статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции также не было обнаружено. Отсюда следует, что данная часть жалобы является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции и должна быть отклонена на основании пункта 4 статьи 35 Конвенции. По вышеуказанным причинам Европейский суд единогласно признает жалобу неприемлемой. Cекретарь Председатель ЭРИК ФРИБЕРГ ХРИСТОС РОЗАКИС
 

Поиск в номере