1996 год

1997 год

1998 год

1999 год

2000 год

2001 год

2002 год

2003 год

2004 год

2005 год

2006 год

Поиск по БВС

2. Если условие о возможности изменения банком процентной ставки по договору срочного вклада содержалось в конкретном договоре, заключенном до введения в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, и вкладчик был ознакомлен с этим условием в надлежащем порядке, оно продолжает действовать и после введения в действие части второй Кодекса Определение Президиума Верховного Суда РФ от 14 июля 2004 г. N 8пв04 (Извлечение) П. обратился в суд с иском к ОАО Акционерный коммерческий Сберегательный банк Российской Федерации (АК Сбербанк России) в лице Поволжского банка о понуждении к исполнению обязательства по договору срочного вклада. В обоснование своих требований он указал, что 8 июля 1994 г. заключил с ответчиком договор срочного банковского вклада на сумму 1110 тыс. рублей (в ценах 1994 года) с начислением 9 процентов ежемесячно, но банк, по его мнению, незаконно, в одностороннем порядке с 1 октября 1994 г. снижал процентную ставку по вкладу. Истец просил суд обязать ответчика начислить по вкладу проценты в соответствии с первоначальными условиями договора (9 процентов в месяц с ежемесячным добавлением к сумме вклада начисленных, но не востребованных процентов). Решением Октябрьского районного суда г. Самары от 4 июня 2002 г. (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Самарского областного суда 9 июля 2002 г.) иск был удовлетворен. Президиум Самарского областного суда 31 октября 2002 г. отклонил протест прокурора Самарской области об отмене судебных постановлений. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 27 февраля 2003 г. оставила без удовлетворения аналогичный протест заместителя Генерального прокурора РФ. В надзорной жалобе ОАО АК Сбербанк России ставился вопрос об отмене судебных постановлений как вынесенных с существенными нарушениями норм материального и процессуального права. Президиум Верховного Суда РФ 14 июля 2004 г. судебные постановления отменил по следующим основаниям. Согласно ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права. При вынесении судебных постановлений суды первой, кассационной и надзорной инстанций исходили из того, что в соответствии с законодательством Российской Федерации у Сбербанка России на момент заключения договора с истцом отсутствовало право на одностороннее изменение размера процентной ставки по договору банковского вклада, заключенному на условиях срочного вклада с ежемесячным начислением процентов; истец не был ознакомлен с условием договора о праве Сбербанка России в одностороннем порядке изменять размер процентов по вкладу. Эти выводы сделаны с существенными нарушениями норм материального и процессуального права. Кроме того, указанные судебные постановления нарушают единство судебной практики. В обоснование решения об удовлетворении иска суд указал, что в соответствии с законодательством Российской Федерации, регулирующим отношения, вытекающие из договора банковского вклада, до вступления в силу с 1 марта 1996 г. части второй Гражданского кодекса Российской Федерации (в частности ст. 838), банки не вправе были включать в договоры условие о возможности одностороннего изменения ставки процентов, начисляемых на вклад. При этом, по мнению суда, невозможность включения в договоры банковского вклада такого условия вытекает из положения ст. 169 ГК РСФСР о недопустимости одностороннего изменения условий договора, за исключением случаев, предусмотренных законом. Суд также посчитал произведенное ответчиком изменение процентной ставки незаконным, поскольку законодательство не устанавливало возможности включать названное условие в договоры банковского вклада. Указанные выводы неправильны, поскольку договор банковского вклада, являющийся предметом рассмотрения по настоящему делу, был заключен между истцом и ответчиком 8 июля 1994 г., до введения в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации. Статьей 395 ГК РСФСР (действовавшей на момент заключения и исполнения данного договора банковского вклада) было определено, что граждане могут хранить денежные средства в государственных трудовых сберегательных кассах и в других кредитных учреждениях, распоряжаться вкладами, получать по вкладам доход в виде процентов или выигрышей, совершать безналичные расчеты в соответствии с уставами кредитных учреждений и изданными в установленном порядке правилами. В силу ст.ст. 28, 29 и 38 Закона РСФСР от 2 декабря 1990 г. N 395-I 'О банках и банковской деятельности в РСФСР' отношения между банком и клиентами носят договорный характер; банк вправе самостоятельно устанавливать процентные ставки по операциям банков, а также определять условия, на которых они осуществляют операции по приему вкладов от населения. В момент заключения данного договора действовали Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик (утверждены постановлением Верховного Совета СССР от 31 мая 1991 г. N 2212-I, далее - Основы). В соответствии с постановлением Верховного Совета РФ от 14 июля 1992 г. N 3301-I 'О регулировании гражданских правоотношений в период проведения экономической реформы' нормы Гражданского кодекса РСФСР (в частности его ст. 169) применялись к гражданским правоотношениям, если они не противоречили законодательным актам Российской Федерации, принятым после 12 июня 1990 г., и иным актам, действующим в установленном порядке на территории Российской Федерации. Согласно п. 2 ст. 57 Основ одностороннее изменение условий договора не допускается, за исключением случаев, предусмотренных договором. С учетом этого при рассмотрении настоящего дела применению подлежала не ст. 169 ГК РСФСР, а п. 2 ст. 57 Основ, который на момент заключения истцом и ответчиком договора допускал возможность включения по согласованию с клиентом в договоры банковского вклада условия о праве банка на изменение процентной ставки по вкладу. Право на включение в договоры банковского вклада оспариваемого истцом условия сохранилось у ответчика и после принятия и вступления в силу первой части Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с п. 1 ст. 450 которого договор может быть изменен по соглашению сторон, если иное не предусмотрено Кодексом, другими законами или договором. Включение в условия договора срочного банковского вклада с ежемесячным начислением процентов права Сбербанка России на одностороннее изменение размера банковского процента и ознакомление истца с условиями договора такого вклада перед его заключением свидетельствует о согласовании сторонами условия о праве банка на одностороннее изменение договора в части процентной ставки по вкладу. Вывод суда о том, что Сбербанк России был бы вправе включать в договоры банковского вклада условие о праве на одностороннее изменение ставки банковского процента только в случае, если бы федеральным законом было прямо предусмотрено такое право ответчика, не соответствует общим началам и принципам гражданского законодательства. Гражданское законодательство основано на принципе свободы договора, закрепленном в ст.ст. 1 и 421 ГК РФ. Как следует из ст. 1 ГК РФ, субъекты гражданского права приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. То есть метод гражданско-правового регулирования соответствует принципу 'разрешено все, что не запрещено'. Следовательно, при решении вопроса о правомерности названного выше условия договора необходимо было установить наличие или отсутствие законодательного запрета на включение в договоры такого условия. Действовавшее на момент заключения договора между сторонами по настоящему делу законодательство такого запрета не устанавливало. Согласно ст. 3 Основ гражданские права и обязанности возникают из оснований, определенных законодательством, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены им, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. Таким образом, основанием возникновения гражданских прав могут быть не только нормы законов и иных нормативных правовых актов, но также условия договоров и иных сделок. В связи с этим ссылка Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ на то, что право на изменение процентной ставки по вкладу могло быть предоставлено ответчику только федеральным законом, является необоснованной. В силу ст. 395 ГК РСФСР порядок распоряжения вкладами, внесенными в государственные трудовые сберегательные кассы и в другие кредитные учреждения, определяется их уставами и банковскими правилами, а ч. 1 ст. 111 Основ устанавливала диспозитивный порядок регулирования порядка и условий привлечения денежных средств во вклады. Исходя из этого, по договорам срочных банковских вкладов, заключенным до введения в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, изменение банком процентной ставки является возможным и после 1 марта 1996 г., если условие о возможности изменения банком процентной ставки по договору срочного вклада содержалось в конкретном договоре и вкладчик был ознакомлен с этим условием в надлежащем порядке. На период заключения этих договоров действовавшим законодательством банку предоставлялась такая возможность, и это условие на основании ст. 422 ГК РФ сохраняет свою силу после установления законодателем иных правил, обязательных для сторон. Применение судом к рассматриваемому спору положений п. 3 ст. 838 ГК РФ является неправильным. В соответствии со ст. 422 ГК РФ, ст. 5 и ч. 3 ст. 6 Федерального закона от 26 января 1996 г. N 15-ФЗ 'О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации' нормы части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющие содержание договоров отдельных видов, применяются к договорам, заключенным после введения ее в действие, т. е. после 1 марта 1996 г. По обязательственным отношениям, возникшим до 1 марта 1996 г., часть вторая Кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие. Пункт 3 ст. 838 ГК РФ вступил в силу после заключения договора между истцом и ответчиком, обратной силы данное положение Закона не имеет. Таким образом, поскольку на момент заключения договора его условие о праве банка на одностороннее изменение процентной ставки по вкладу соответствовало действовавшему законодательству, данное условие продолжает действовать и после вступления в силу части второй Кодекса и его ст. 838. При рассмотрении дела судами были допущены существенные нарушения норм процессуального права. Судом не исследовано такое юридически значимое для дела обстоятельство, как вопрос об ознакомлении истца с условиями договора банковского вклада и о его согласии на последующее снижение или повышение банком без предварительного согласования с ним процентной ставки по его вкладу. Установление этого важного для правильного разрешения спора обстоятельства могло быть произведено только на основе оценки представленных сторонами доказательств и только судами первой и кассационной инстанций. Отсутствие в судебных постановлениях выводов относительно него являлось основанием для отмены судебных постановлений в порядке надзора и для направления дела на новое рассмотрение. В нарушение норм процессуального права, определяющих полномочия судов надзорной инстанции, президиум Самарского областного суда и Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ фактически дали оценку тем фактам, которые не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, и сделали необоснованный вывод о том, что на основании материалов дела нельзя определить, с какими конкретно условиями договора вклада истец был ознакомлен. При этом судами надзорной инстанции не учтены и не применены нормы гражданского законодательства о толковании договора. Статьей 59 Основ и ст. 431 ГК РФ предусмотрено, что при толковании договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. В надзорной жалобе Сбербанка России указано, что при буквальном толковании собственноручной надписи истца на карточке лицевого счета 'Срочный вклад с ежемесячной выплатой дохода. С условием вклада ознакомлен' можно сделать вывод об ознакомлении истца с условиями договора срочного банковского вклада и о согласии истца с предлагаемыми Сбербанком России условиями вклада, включая условие о праве банка на одностороннее изменение процентной ставки в зависимости от уровня инфляции и доходов банка. Принимая во внимание то обстоятельство, что истец ознакомился с условиями вклада в помещении отделения Сбербанка России, получил консультацию оператора ответчика, что подтверждено самим истцом в дополнениях к исковому заявлению, а также то, что Правила совершения операций по данной категории вкладов утверждены Советом директоров Сбербанка России 21 апреля 1994 г., являются едиными для всех вкладчиков и определенно предусматривают право Сбербанка России на одностороннее изменение процентов по вкладу в зависимости от уровня инфляции и дохода Сбербанка России, можно также сделать вывод о том, что истец знал или должен был знать о наличии такого условия и акцептовал его при подписании договора с заранее определенными для вкладчиков условиями. Приведенные доводы существенны для данного дела, но судом первой инстанции учтены не были, это привело к вынесению незаконного решения. Суд кассационной инстанции недостатки решения не устранил, а суды надзорной инстанции правом устанавливать новые для дела обстоятельства (и в связи с этим давать необходимую оценку конкретным доказательствам) не наделены. Президиум Верховного Суда РФ решение Октябрьского районного суда г. Самары, определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда, постановление президиума Самарского областного суда и определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ отменил и дело направил на новое судебное рассмотрение. _____________